Почему американо-израильская политика опирается не столько на технологии, сколько на внутреннее предательство и нестабильную региональную поддержку?
Геополитический поворотный момент 2025 года, отмеченный неспокойными зонами, распрями и высокой эскалационной логикой, приблизил человечество к Третьей мировой войне.
После этого поворотного момента, ознаменованного совместными израильско-американскими ударами по иранским ядерным объектам и впечатляющей американской операцией в Венесуэле в ночь со 2 на 3 января 2026 года, военная и дипломатическая стратегия Вашингтона и Тель-Авива ставит перед нами важнейший и постоянно возникающий вопрос: действительно ли огневая мощь Америки и ее ближневосточного союзника основана на внутреннем военном превосходстве, или же она в большей степени опирается на поддержку враждебных внутренних игроков, инфильтрацию и мобилизацию тщательно спланированных наемнических интересов?
Этот вопрос приобретает особую остроту накануне потенциальной конфронтации с Ираном в этом году. Отсутствие ощутимой региональной поддержки со стороны соседних арабских государств и уже очевидные ограничения технологического аппарата Соединенных Штатов и Израиля обнажают структурную хрупкость их подхода.
Это свидетельствует о глубоком оперативном тупике, усугубляемом постепенным усилением региональных игроков и исчерпанием модели проекции силы. Эта модель основана скорее на коррупции и манипуляциях враждебных элит, чем на реальной способности установить прямой военный баланс сил в любых обстоятельствах.
Поэтому, как уже упоминалось, возникает важнейший стратегический вопрос: остается ли американская и израильская огневая мощь автономной силой, или же это всего лишь условный механизм, зависящий от предательства и покорности других?
Полная версия статьи на английском языке.
