EN|FR|RU
Социальные сети:

Историческое событие: Россия и КНДР открыли первый автомобильный мост через реку Туманная

Константин Асмолов, 25 сентября 2026

7 сентября 2026 года состоялось знаковое событие в истории двусторонних отношений России и КНДР: был открыт первый автомобильный мост через пограничную реку Туманная, соединивший российский поселок Хасан и северокорейский город Расон.
Россия и КНДР открыли автомобильный мост через реку Туманган

Церемония открытия

Реализация этого проекта, на необходимости которого эксперты настаивали с начала активного сближения двух стран в 2022–2023 годах, наконец завершена.

Церемония прошла в формате видеоконференции с участием премьер-министра РФ Михаила Мишустина и премьера Кабинета Министров КНДР Пак Тхэ Сона. В своей приветственной речи Михаил Мишустин подчеркнул, что отношения между Москвой и Пхеньяном вышли на беспрецедентно высокий уровень всеобъемлющего стратегического партнерства. «Наши государства активно взаимодействуют практически по всем направлениям, координируя усилия для обеспечения региональной безопасности и стабильности. Эти связи проверены временем и не зависят от внешней конъюнктуры», — отметил российский премьер.

В свою очередь, Пак Тхэ Сон выразил благодарность проектировщикам, строителям и профильным ведомствам обеих стран. Он подчеркнул, что ввод моста в эксплуатацию придает мощный импульс двустороннему сотрудничеству и открывает новые горизонты для практического взаимодействия правительств двух государств.

Расширение транспортной связности — это практическая реализация курса КНДР на участие в формировании многополярного мира

История проекта и новые возможности

До недавнего времени единственным транспортным узлом между странами оставался железнодорожный «Мост Дружбы», построенный еще в 1959 году. Его пропускной способности давно не хватало для растущего грузооборота, а отсутствие автомобильного сообщения вынуждало логистические компании прокладывать маршруты в обход — через китайский Хуньчунь.

Соглашение о строительстве было подписано в 2024 году в ходе встречи Владимира Путина и Ким Чен Ына, а уже весной 2025 года стартовали активные работы. В строительстве было задействовано более 700 специалистов и свыше 30 единиц техники.

Технические характеристики и значение объекта:

Общая длина перехода составляет 4,7 км, из которых около 1 км приходится непосредственно на мостовое сооружение (424 метра — российская часть, 581 метр — северокорейская). Пропускная способность – две полосы движения для легкового, пассажирского и грузового транспорта. С точки зрения включенности в логистическую систему региона подъездная дорога интегрирована в федеральную трассу «Уссури», что делает мост важным звеном международного транспортного коридора, связывающего Санкт-Петербург с Владивостоком и далее — с портами КНДР.

Открытие моста знаменует собой переход к новому этапу трансграничной логистики, который позволит значительно сократить время доставки грузов и укрепить экономические связи между Россией и Корейской Народно-Демократической Республикой.

Расстояние между Владивостоком и Раджином по прямой автомобильной дороге теперь составляет около 320 км. Это открывает новые перспективы не только для грузоперевозок, но и для туризма. Как отметил Михаил Мишустин, развитие логистических мощностей на Дальнем Востоке укрепляет межрегиональные связи и производственную кооперацию, что неизбежно приведет к созданию новых рабочих мест и росту туристического сектора.

В Сеуле, однако, опасаются, что новый маршрут может использоваться для военной логистики: перемещение отдельных грузовиков сложнее отследить со спутников, чем движение железнодорожных составов. Профессор Института дальневосточных исследований Университета Кённам Лим Ыль Чхоль в комментарии Reuters подчеркнул, что этот проект наглядно демонстрирует неэффективность экономических санкций против КНДР.

Важно понимать, что «мост» — это не просто инженерное сооружение, а полноценный транспортный коридор с подъездными путями, инфраструктурой и таможенными терминалами. Ключевым элементом стал российский пункт пропуска «Хасан». Десять полос движения (4 для грузового, 2 для легкового, 2 для негабаритного транспорта и 2 для автобусов) позволят после выхода на полную мощность пропускать до 300 машин (с потенциалом расширения до 800) и более 2300 человек в сутки. Это значительно сократит транспортные издержки и даст импульс развитию бизнеса.

Символика названия моста

Мосту присвоено официальное наименование — «мост Якова Новиченко». За этим решением стоит не просто дань памяти, а выверенный политический жест. Яков Тихонович Новиченко — советский офицер, который 1 марта 1946 года на митинге в Пхеньяне, посвящённом годовщине Первомартовского восстания, поймал и накрыл своим телом гранату, брошенную в сторону трибуны, где выступал Ким Ир Сен. Новиченко лишился кисти правой руки, получил серьезные ранения, но прожил до 1994 года. Ким Ир Сен лично присвоил ему звание Героя Труда КНДР — Новиченко стал единственным советским гражданином, удостоенным этой награды.

В КНДР фигура Новиченко занимает особое место в пантеоне национальной памяти — в 1987 году скульптор Ри Пхён Иль создал скульптуру «Интернационалист Новиченко». В том же году был снят советско-корейский двухсерийный фильм «Вечный боевой друг», который в нашем прокате получил название «Секунда на подвиг». А после усиления отношений между Россией и КНДР он стал своего рода символом российско-северокорейского братства, так что назвать мост в честь Новиченко — значит вписать инфраструктурный объект в нарратив о «дружбе, скрепленной кровью». На торжественной церемонии открытия присутствовали его дочь Татьяна Щербицкая и внук Николай Щербицкий. Колонну автомобилей с российской стороны возглавил принадлежавший Новиченко ЗАЗ-968М 1980 года выпуска.

Для Пхеньяна это сигнал: Россия не забывает общую историю, а Москва признаёт значимость фигур, священных для северокорейского государственного мифа. Для Москвы это напоминание о том, что отношения с КНДР уходят корнями в советский период и не сводятся к сиюминутной конъюнктуре.

Синхронный прорыв: новые транспортные коридоры КНДР

Символично, что открытие моста через реку Туманная практически совпало с подготовкой к запуску другого долгожданного объекта — нового моста через реку Амноккан (Ялуцзян), соединяющего северокорейский Синыйчжу и китайский Даньдун. Спутниковые снимки от 30 августа, проанализированные экспертами 38 North, подтверждают: строительство погранично-пропускного комплекса вышло на финальную стадию.

Трехкилометровый четырехполосный мост был возведен Китаем еще в 2014 году. Однако более десяти лет объект простаивал: на северокорейской стороне отсутствовала необходимая инфраструктура, а отношения между Пекином и Пхеньяном заметно охладели из-за ядерных испытаний КНДР. Ситуация изменилась лишь с недавним политическим сближением двух стран.

Сегодня, по данным южнокорейских и японских СМИ, на въезде со стороны КНДР уже установлены ворота с золотой надписью «Корейская Народно-Демократическая Республика», возведено здание таможни и поднят государственный флаг. Завершается обустройство подъездных путей, а на объекте замечены инспекционные группы.

Когда ждать открытия?

В южнокорейской прессе предполагают, что запуск моста может быть приурочен к 77-й годовщине установления дипломатических отношений между КНДР и КНР, которая отмечается 6 октября. Официального подтверждения пока нет, но синхронность событий выглядит крайне показательно.

По мнению российского историка и журналиста Олега Кирьянова, ввод в эксплуатацию новой четырехполосной переправы позволит перенаправить на нее автомобильные грузы, разгрузив старый мост для интенсивных железнодорожных перевозок.

Итоги: новая логистическая реальность

Открытие обоих мостов знаменует собой качественный скачок в развитии сухопутной инфраструктуры КНДР. Страна перестает быть «закрытой» зоной с единственным узким коридором к каждому из соседей.

Для России: расширяются логистические возможности на Дальнем Востоке, обеспечивая Приморью прямой автомобильный выход к северокорейским портам.

Для Китая: устраняется «бутылочное горлышко» в торговле. Действующий с 1943 года мост «Дружбы» с его ограниченной пропускной способностью давно перестал справляться с растущим товарооборотом.

Для Пхеньяна: диверсификация торговых потоков — это не только экономическая выгода, но и важный политический инструмент в условиях санкционного давления.

Расширение транспортной связности — это практическая реализация курса КНДР на участие в формировании многополярного мира. Примечательно, что Пхеньян проводит эту политику скоординировано, не отдавая явного приоритета ни Москве, ни Пекину. Это полностью соответствует стратегии Ким Чен Ына: избегать зависимости от одного союзника, делая ставку на диверсификацию связей и сохранение максимальной самостоятельности.

 

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН

Следите за появлением новых статей в Telegram канале

На эту тему
Перспективы нефтеперерабатывающего завода Данготе в Восточной Африке: индустриализация и самообеспеченность
Практические направления развития БРИКС на среднесрочную перспективу
Трамп и Си Цзиньпин: управление соперничеством до того, как оно перерастет в конфликт
За пределами тарифов: геополитический распад американо-канадского партнерства
Как Россия перестраивает Глобальный Юг