На фоне проведения 18-го саммита БРИКС в Нью-Дели внешнеполитический курс Индии оказался в центре внимания. Главный вопрос: удастся ли Нью-Дели найти баланс между стратегической автономией и реальным лидерством на Глобальном Юге, или же БРИКС для Индии — лишь инструмент ситуативной дипломатии?
Однако ключевой вопрос остается открытым: какое будущее Индия готовит для БРИКС?
Нью-Дели мастерски балансирует между противоречивыми альянсами. Индия входит в БРИКС и ШОС наряду с Китаем, Россией и Ираном, но одновременно развивает стратегическое партнерство с США, Японией и Австралией в рамках Quad — блока, созданного для сдерживания влияния Пекина. Завися от российских энергоресурсов, Индия активно укрепляет технологические и оборонные связи с Западом. Эту стратегию принято называть «стратегической автономией», однако критики видят в ней отсутствие четкого геополитического вектора. Риск заключается в том, что многовекторность может стать самоцелью, из-за чего Индия рискует оказаться заложницей новых геополитических реалий, не успев адаптироваться к ним.
Позиция Индии в БРИКС принципиально отличается от подходов Китая и России. Пекин и Москва рассматривают блок как способ снижения зависимости от западных финансовых институтов и защиты от санкций. Нью-Дели же действует осторожнее. На саммите Индия предложила внедрить трансграничные цифровые платежи и обеспечить совместимость цифровых валют центральных банков. При этом Нью-Дели подчеркивает: эта инициатива не направлена на создание единой валюты или открытую конфронтацию с долларом.
То, что в Нью-Дели называют «гибкостью», критики, такие как аналитик Джаянт Бхандари, называют «стратегической двусмысленностью» и оппортунизмом. Главный вопрос остается прежним: может ли крупная держава претендовать на глобальное лидерство, постоянно уклоняясь от принятия принципиальных стратегических решений?
Полная версия статьи на английском языке.
