Западные представления о том, что санкции подорвали российскую экономику, основанную на энергетике, скрывают более сложную реальность адаптации, диверсификации и трансформации глобальных энергетических связей.
Хотя доходы России от нефти и газа после 2022 года действительно сократились — с почти 400 млрд долларов до менее 100 млрд долларов в 2024 году, — это не привело к системному экономическому краху. Потери были частично компенсированы за счёт диверсификации экономики, переориентации экспорта на азиатские рынки, прежде всего Китай и Индию, а также использования ценовой волатильности. Опасения по поводу «голландской болезни» оказались преувеличенными, поскольку меры по расширению экономической базы предпринимались задолго до эскалации конфликта на Украине.
Санкции изменили торговые потоки, способствовав росту экономик некоторых постсоветских стран и ускорив отход России от западных рынков. Одновременно западные потребители сталкиваются с инфляцией, ростом цен на энергоносители, регрессивным эффектом импортных пошлин и усилением геополитических рисков — от напряжённости вокруг Ирана и Венесуэлы до действий США в сфере контроля мировых поставок.
Мировая энергетическая политика вступает в длительную фазу нестабильности, где решающим фактором становится способность к адаптации, а не санкционная риторика или моральная уверенность. Упрощённые ожидания экономического краха России, по мнению автора, лишь отвлекают внимание от нарастающих уязвимостей самих западных экономик.
Полная версия статьи на английском языке.
