Отмечавшаяся в последние несколько лет активизация политического курса Японии на европейском направлении в июне с.г. получила подтверждение в виде поездки на континент императорской четы и премьер-министра страны.
Императорская чета посещает Нидерланды и Бельгию
Однако специфика древней японской культуры проявляется и в том, что реальная роль императора Японии в функционировании государства далеко выходит за конституционные рамки. Внутри страны он пользуется непререкаемым моральным авторитетом, а любой контакт с иностранными государственными деятелями как на территории Японии, так и в ходе зарубежных поездок содержит в себе вполне понятный политический месседж: «Эта страна или регион её расположения в силу тех или иных обстоятельств для Токио крайне важны».
Подобного рода политическая конкретика без труда просматривается в состоявшихся фактах посещения членами императорской семьи некоторых стран Юго-Восточной Азии, Великобритании, Монголии, а также принятия императором на территории своей резиденции в Токио президента Бразилии Лулы да Силвы или премьер-министра Индии Н. Моди. Хотя внешне указанные акции подаются, как аполитичные «жесты доброй воли». При том что упомянутые страны и регионы входят в зону возрастающих интересов Японии, где всё более отчётливо обозначается борьба за влияние с главным геополитическим оппонентом в лице КНР.
Прежде всего с этих позиций следует рассматривать факт нынешней поездки императорской четы в Нидерланды и Бельгию, вроде бы, не самые важные страны Европы. Впрочем, и второстепенными их назвать нельзя, особенно первую. Достаточно сослаться на роль компании Advanced Semiconductor Materials Lithography (ASML) в революции последних двух десятилетий в сфере вычислительных систем. Свидетельством крайней значимости этой компании стали претензии министра торговли США Г. Латника на предмет возможного попадания в КНР образцов её наиболее передовых изделий. В связи с чем руководству компании пришлось публично оправдываться.
Кроме того, Нидерланды всё более отчётливо обозначают намерение вернуться в регион, где некогда эта страна заметно присутствовала. Процесс возвращения уже включает в себя и военную компоненту, на что следует негативная реакция, но уже со стороны КНР. Во время пребывания императорской четы в Нидерландах был опубликован документ на тему обеспечения безопасности на последующие пять лет, в котором среди прочего обозначается фактор «китайской угрозы». Что в КНР тоже получило ожидаемую оценку.
Перед отъездом в Европу император Нарухито призвал «забыть трудности прошлого», что комментаторы расценили как намёк на японские «неприятности» в Индонезии во время Второй мировой войны.
И действительно, чего не бывает в межгосударственных отношениях.
Турне в Европу премьер-министра С. Такаити
Свидетельством возрастающей значимости европейской компоненты во внешней политике Японии, а также фактора усиливающейся здесь конкуренции с КНР за влияние стало турне на континент премьер-министра С. Такаити, прошедшее одновременно с пребыванием в Европе императорской четы. Главным поводом поездки С. Такаити было участие в очередном Саммите G7. Оценки её роли в этом мероприятия, а также итогов его самого носят достаточно общий характер.
В то же время можно отметить нечто более конкретное относительно содержания переговоров С. Такаити в ходе визитов в Великобританию и Италию, состоявшихся до Саммита G7. Из обсуждавшихся в этих странах вопросов упомянем два. Первый сводится к обобщённой «проблеме цепочек поставок», среди различных аспектов которой негативным образом упоминается всё та же КНР. Главным образом в связи с возникшим, якобы по вине последней, дефицитом на мировых рынках ряда минералов, играющих ключевую роль в наиболее передовых технологиях.
Однако, совсем недавно та же «проблема цепочек поставок» пополнилась «энергетической» компонентой, обязанной известным действиям на Ближнем Востоке ведущего члена уже самой G7. Естественно, что ни С. Такаити, ни её собеседники не указали на виновника появления указанной «компоненты», ограничившись её обозначением.
Второй заслуживающий внимания вопрос проведенных С. Такаити переговоров касался проекта создания истребителя «шестого поколения», в котором участвуют Великобритания, Япония и Италия. Однако в последнее время в первой заговорили о проблемах с финансированием этого проекта. Одним из конкретных итогов прошедших в Лондоне переговоров С. Такаити с коллегой К. Стармером стало подтверждение намерения всё же продолжить его реализацию.
«Разворот на Восток»: Россия и меняющийся геополитический ландшафт
Японо-европейские дипломатические маневры, сами по себе заслуживающие пристального внимания, неизбежно привлекают интерес России. Причина кроется не только в их значимости, но и в том, что они происходят на европейском континенте – регионе, который на протяжении веков был основным фокусом российской внешней политики. Эта давняя ориентация на Европу, как представляется, и тормозила реализацию «разворота на Восток», концепции, выдвинутой еще более двух столетий назад.
Нынешний конфликт, по сути являющийся очередной спровоцированной войной между РФ и Европой, в европейском нарративе получил ярлык «агрессии Путина против Украины». Первоначально «Лондон-Брюссель» вели эту войну, опираясь на американские ресурсы и украинских солдат. Однако последние события свидетельствуют о необходимости более прямого участия европейских игроков.
В свете текущих геополитических реалий, представляется уместным сделать ряд ключевых наблюдений, которые могут определить дальнейшую траекторию российской внешней политики:
- Отказ от европоцентричности: не разрыв, а перебалансировка.
Многовековая ориентация российской внешней политики на Европу требует переосмысления. Это не означает полного разрыва отношений РФ с западными соседями, но подразумевает выход за рамки узкоевропейского видения и формирование более сбалансированного подхода.
- «Разворот на Восток»: объективная необходимость, а не реакция.
«Разворот на Восток» – это не просто следствие обострения отношений с Европой. Это закономерный процесс, обусловленный фундаментальными, объективными причинами. Сближение России с Китаем, например, продиктовано исключительной значимостью самих двусторонних отношений, а не только противостоянием с Западом. Важно строить отношения на основе взаимной выгоды и долгосрочных перспектив, а не только как реакцию на внешние вызовы.
- Азия – поле для многостороннего взаимодействия.
В Азиатско-Тихоокеанском регионе Россия встретит не только традиционных игроков, таких как Япония, но и ведущие европейские страны, имеющие свою историю и интересы в регионе. Это означает, что российское участие будет происходить в контексте сложного многостороннего взаимодействия, где необходимо учитывать интересы всех сторон.
- Навигация в условиях неопределенности.
Россия «разворачивается» в регион, который находится в состоянии перехода. Направление этого перехода пока неясно, поскольку процесс находится под влиянием множества факторов высокой неопределенности. Это требует от Москвы гибкости, стратегического мышления и готовности к адаптации.
- Миротворец, а не участник конфликтов.
В ходе этого «разворота» Россия должна избежать втягивания в конкурирующие конфигурации и противостояния. Напротив, роль России должна заключаться в позиционировании себя как миротворца, способного содействовать урегулированию застарелых конфликтов и предотвращению возникновения новых. Это позволит ей укрепить свои позиции и внести вклад в глобальную стабильность.
Каким бы ни был исход текущего противостояния с Европой, вопрос «разворота на Восток» сохранит свою актуальность для внешней политики России. Ключевым фактором здесь выступает неустранимый сдвиг глобальных политико-экономических центров силы в сторону Азии. Этот регион охватывает две трети территории РФ и характеризуется явным дефицитом российского присутствия.
Важным этапом формирования фундамента для намечающегося «разворота на Восток» внешнеполитического курса РФ стал состоявшийся в Казане очередной Саммит «АСЕАН+Россия»;
Что же касается глобальных масштабов проблемы формирования нового мирового порядка, то заслуживает внимания инициатива Better Order Project института Куинси, прокомментированная в одном из последних номеров NEO.
Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
