Стартовавшее 1 июня двухнедельное турне в США Чжан Ливэнь, лидера ведущей оппозиционной партии Тайваня Гоминьдан, стало примечательным событием эволюции одной из ключевых проблем нынешнего этапа «Большой мировой игры».
О позиции Гоминьдана в Тайваньской проблематике
Любой представитель действующей администрации Тайваня и правящей Демократической прогрессивной партии без всяких колебаний скажет: конечно, второй, поскольку не далее, как в мае с. г. госпожа Чжан уже выезжала в КНР, где вела себя не вполне уместным образом. В то время как со стороны китайского руководства последует ответ: естественно, первый, ибо к нам она приезжала в статусе главы патриотической партии одной из наших провинций, руководители которой ещё в 1992 г. подписали с нами «Консенсус» о базовом принципе «одного Китая».
Если же этот вопрос задать самой Чжан Ливэнь, то, скорее всего, прямого ответа на него не прозвучит, а начнутся пространные размышления на тему «необходимости поддержания мира и плодотворного сотрудничества между берегами Тайваньского пролива». Поскольку, подписывая тот самый «Консенсус», Гоминьдан наверняка подразумевал в качестве «одного Китая» отнюдь не нынешнюю КНР, а «Китайскую Республику», которая образовалась в начале прошлого века в результате Синьхайской революции, возглавлявшейся основателем Гоминьдана и «отцом современного Китая» Сунь Ятсеном. Почитаемого, между прочим, и в КНР, где располагается его могила-мавзолей.
Примечательно, что примерно схожей «неопределённо-двусмысленной» позиции относительно Тайваньской проблемы, зафиксированной на законодательном уровне, уже почти полвека придерживается и официальный Вашингтон. Его «стратегия неопределённости» является главным препятствием для разрешения Пекином данной проблемы на собственных условиях. Заметим, однако, что эта стратегия отнюдь не самый плохой вариант в нынешних отношениях КНР с главным геополитическим оппонентом. Поскольку в США усиливаются позиции сторонников перехода к «стратегии определённости», то есть к установлению (или даже «восстановлению») с островом официальных отношений, прекращённых в 1979 г.
Все эти и прочие сопутствующие «тонкости и нюансы» развития Тайваньской проблематики присутствовали во время поездки лидера Гоминьдана в США, то есть в одну из двух главных вовлечённых в неё держав.
Цели, ход и некоторые итоги поездки Чжан Ливэнь в США
На пресс-конференции, состоявшейся перед поездкой, Чжан Ливэнь обозначила главную цель всего этого мероприятия, которая сводилась к «оказанию помощи США в деле предотвращения войны». Для этого она собиралась посетить главные города страны от западного побережья к восточному и обратно, где намечалось провести встречи с представителями протайваньско-лоббистских организаций, ведущих американских аналитических центров, кругов бизнеса, конгресса, государственного департамента, министерства обороны и даже президентской администрации.
На самом деле, однако, государственная власть США на встречах с Чжан Ливэнь была представлена только законодательной ветвью. Ни администрация президента, ни тем более он сам, ни упомянутые выше министерства не фигурируют каким-либо образом в составе участников проведенных с ней дискуссий. Уже находясь на территории США Чжан Ливэнь узнала об отмене, без объяснения причин, предварительного запланированной встречи с членами Совета национальной безопасности. И во всём этом нетрудно усмотреть уже отмечавшийся ранее один из упомянутых «нюансов» последних месяцев в подходах администрации США к комплексу отношений с КНР вообще и относительно Тайваньской проблемы в частности.
При том что вряд ли есть основания говорить о готовности «группировки Трампа» американского истеблишмента пожертвовать Тайванем в целях поддержания отношений с КНР в контролируемых рамках. Хотя спекуляций на эту тему достаточно. Но стремление не давать Пекину повода для подозрений об играх «за спиной» в крайне чувствительной для него проблематике проявилось и в ходе поездки в США лидера одной из ведущих партий Тайваня.
Роль же главного в США антикитайски-протайваньского «ястреба» выполняет конгресс, причём на двухпартийной основе. Эта роль обозначилась давно и подтвердилась в очередной раз на встречах конгрессменов с Чжан Ливэнь. Гостье постоянно задавался вопрос, когда, наконец, Гоминьдан разблокирует процедуру принятия «специального» оборонного бюджета, предназначенного для закупки «дополнительной» партии американских вооружений. В ходе этих встреч обобщённая тема «обеспечения безопасности Тайваня» неизменно пребывала в фокусе внимания конгрессменов. В свою очередь, Чжан Ливэнь, видимо, с целью успокоить хозяев, говорила о том, что на прошедших в мае переговорах с китайским лидером Си Цзиньпином тема объединения Тайваня с «мейнлендом» вообще не поднималась.
Публичные мероприятия Чжан Ливэнь сопровождались акциями с участием мигрантов из КНР и Тайваня. Акции носили как позитивный по отношению к ней характер, так и негативный. В частности, участники вторых выкрикивали обвинения Гоминьдана в «схожем с КНР тоталитаризме».
На заключительный этап поездки Чжан Ливэнь пришлось примечательное событие, каковым стало опубликование проекта оборонного бюджета США на 2027 г. Впервые в подобном документе вопросы контроля над Тайванем рассматриваются не сами по себе, а в контексте более широкой проблемы контролирования так называемой «Первой островной линии» с включением в неё также Японии и Филиппин. Отметим, что на экспертном уровне эта проблема обсуждается в США не менее двух десятилетий, то есть с того момента, как на международной арене обозначился новый главный оппонент в лице КНР. Однако повторим, впервые она появилась в проекте одного из главных государственных документов.
Европейский аналог ситуации на востоке Азии
Без особых усилий и натяжек функциональный аналог расположенной на западе Тихого океана «Первой островной линии» можно обнаружить и в Европе. Здесь она тоже простирается с севера на юг, включая в себя такие паразитарные образования на теле континента, как «страны Балтии» и нынешняя Украина. Эта последняя вновь охвачена родовым недугом под названием «мазеповщина», а вовсе не пресловутым «фашизмом».
Европейский вариант «Первой островной линии» тоже призван разделить континент на две части с погружением их в изматывающую, взаимно нацеленную милитаризацию и гонку вооружений. Этот конструкт создан правящей в Европе закулисой, которая действует через гороховых клоунов публичного театра, имитирующего и скрывающего политические реалии. На театральной сцене они оказались с помощью процедур, имеющих весьма косвенное (либо вообще никакого) отношения к демократии и к «представляемым» народам.
Через «подставных клоунов» актуализируется сценарий очередной бойни, дважды проверенный в прошлом веке. Главной её целью будет сокрытие новой кровью следов разного рода глобальных преступлений, таких как «Ковид-19» и проблематика «Глубинной фармацевтики», «Антропогенный фактор в климатических изменениях», движения «BLM» и «LBGT+», «Замещение коренного населения», «Ювенальная юстиция», «Международный наркобизнес», … .
Весь этот социально-идеологический маразм навязывается путём «позитивной дискриминации», попытки противодействия которой определяются нехорошими словами-маркёрами, типа «мракобесие», «экстремизм» или тот же «фашизм». А также с привлечением памяти о крови, ранее пролитой по вине предшественников нынешних провокаторов очередной бойни.
Похоже, нет иной возможности избежать этой мрачной перспективы, как только путём активизации и согласования действий повсеместно зарождающихся в Европе национально-освободительных движений в борьбе с де-факто оккупационными режимами, которые не стесняются называть себя «демократиями». Изображение Чарли Кирка на знамёнах борьбы представляется вполне уместным.
Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
