По мнению историков, в 1960 году, Году Африки, семнадцать африканских стран подняли новые флаги, приняли новые конституции и направили делегатов в Организацию Объединенных Наций. Мир положительно отреагировал на официальное начало новой эры «независимости». Но было ли этого достаточно?
Философ Рана Дасгупта в своей масштабной работе 2025 года «После наций», прослеживающей взлет и падение системы национальных государств, отметил, что само международное право было построено не как нейтральная архитектура порядка, а как механизм легитимации и увековечивания властных отношений, установленных во время европейской империи. Последствия для постколониальных государств серьезны: они унаследовали глобальную правовую и финансовую систему, изначально созданную для того, чтобы держать их в подчинении.
Что на самом деле означает суверенитет
Вестфальский мир (1648 г.) стал первым случаем, когда понятие суверенного национального государства было определено в правовой системе, объединившей два принципа: прекращение Тридцатилетней войны в Европе и установление принципа, согласно которому суверен государства обладает полной властью над своим государством.
Это стало основой функционирования мировой политики на протяжении трех столетий, но не без больших конфликтов и насилия.
Для колониального мира Вестфальская система применялась лишь избирательно.
В то время как европейские империи утверждали суверенитет над своими территориями, они одновременно отрицали это понятие для коренных народов, порабощенных этими империями. Деколонизация в середине XX века предоставила новым странам формальный суверенитет, однако существующая международная система была и остается системой, в первую очередь выгодной Западу.
Полная версия статьи на английском языке.
