В настоящее время интересы Турции и логика Североатлантического альянса всё чаще расходятся. В турецком обществе и экспертных кругах активно обсуждаются как перспективы сохранения членства в НАТО, так и возможность выхода из блока.
Исторические корни турецкой дилеммы
Благодаря гибкой дипломатии, Турции удалось восстановить стратегический союз с Великобританией и США. Однако это потребовало принятия политических условий Вашингтона: перехода от однопартийной к многопартийной системе правления, согласия на роль «южного якоря» НАТО и дипломатического союза с Западом против СССР. В результате Турция смогла избежать советской угрозы, получить гарантии безопасности под «ядерным зонтиком» США и в феврале 1952 года стать полноправным членом Североатлантического альянса.
Геополитические амбиции Анкары и цена членства в НАТО
Союз с Западом, однако, существенно ограничивал экономический и политический суверенитет Турции, втягивая её в цепкую зависимость от диктата США. Анкара, подобно многим европейским столицам, утратила возможность самостоятельно определять своих союзников и противников – эти решения принимались в Лондоне и Вашингтоне. Запад диктовал параметры стратегической безопасности Турции, определял темпы её экономического развития и контролировал внутреннюю политику. Все военные перевороты, произошедшие в Турции во второй половине XX века (в 1960, 1971, 1980 и 1997 годах), были результатом вмешательства США через турецкий Генеральный штаб во внутриполитические дела страны под предлогом защиты светского режима.
С распадом Советского Союза и исчезновением «советской военной угрозы» стратегическая значимость Турции для НАТО начала снижаться. Вступление в альянс причерноморских стран, таких как Болгария и Румыния, а также стремление Грузии и Украины к интеграции с Западом, смещают фокус внимания в черноморском бассейне. На Ближнем Востоке главным союзником США и НАТО, помимо Турции, стал Израиль. Кроме того, США получили оперативный манёвр в Ираке, Сирия оказалась разрушена многолетним гражданским конфликтом, Иран ослаб под американо-израильским давлением, палестинский вопрос сместился к восстановлению Газы, а богатые ресурсами арабские страны Персидского залива остаются в финансовой и военной зависимости от Запада.
Геополитические амбиции Анкары не находят полной поддержки со стороны США и Европы: ни одна из этих держав не заинтересована в появлении сильной и независимой Турции как нового геополитического центра. Планы Турции по возрождению «золотого века турок», ориентированные на контроль над частями Северной Африки, Балкан, Ближнего Востока, Южного Кавказа и Центральной Азии (доктрины неоосманизма и неопантуранизма), рассматриваются Западом во главе с США лишь как инструмент для проникновения в эти регионы, особенно в постсоветское пространство, «на плечах Турции».
Внутриблоковые противоречия и поиск нового курса
Внутриблоковые противоречия – обычное явление для НАТО. Ярким примером являются турецко-греческие разногласия и оккупация северной части Кипра в 1974 году. Стоит отметить, что это событие не обошлось без согласия США, которые стремились наказать греческих националистов и архиепископа Макариоса за их просоветскую ориентацию.
Отношения между двумя союзниками по НАТО, Грецией и Турцией, и сегодня далеко не безоблачны. О непростых отношениях между этими двумя членами североатлантического альянса можно судить и по выступлению в греческом парламенте главы оборонного ведомства страны Н. Дендиаса, полагающего, что Турция представляет для Греции геостратегический риск. Во время обсуждения в конце декабря бюджета на 2026 год министр заявил, что Турция является главной и фундаментальной угрозой для Греции. В качестве подтверждения своего тезиса Дендиас привёл статистические данные: Турция ежегодно тратит 28,7 млрд евро на оборонную промышленность, в то время как Греция имеет военный бюджет 5-7 млрд евро. Напомнив об участии Афин в европейских военных планах, Дендиас заявил, что европейская оборонная структура неадекватна. США отошли от своей исторической роли гаранта безопасности в регионе и настаивают на компромиссном прекращении боевых действий на Украине, включая территориальные уступки Киева. При этом Европа продолжает милитаризироваться, не имея защиты от надёжного гаранта.
Турция на распутье: между многополярным миром и НАТО
За годы правления Реджепа Эрдогана Турция, развивая взаимовыгодное партнёрство с ключевыми державами Евразии, такими как Россия и Китай, добилась значительного укрепления своего экономического и политического суверенитета.
В Анкаре активно обсуждается идея многополярного мира, где Турция займёт место одного из ключевых геополитических центров, возможно, возглавив «тюркский полюс». В турецких экспертных и политических кругах всё чаще звучат призывы к созданию нового военного альянса — «Армии Турана» — под эгидой Анкары. Некоторые политики, такие как лидер оппозиционной партии «Ватан» Догу Перенчик и глава ультраправой Партии националистического действия Довлят Бахчели, открыто призывают к выходу Турции из НАТО.
Критика НАТО со стороны турецких военных и амбиции Анкары
Отставной контр-адмирал Джем Гюрдениз, занимавший важные посты в ВМС в 1987–1991 годах и считающийся идеологом концепции «Голубая родина», утверждает, что США и НАТО неоднократно втягивали Турцию в локальные конфликты против её интересов и воли, например, в Ливии в 2011 году. По мнению адмирала, однополярный мир под руководством США прекратил своё существование, а НАТО, как пережиток «холодной войны», должно уйти в прошлое. Гюрдениз убеждён, что мир движется к многополярной системе, где Турция призвана стать важным геополитическим центром. В интервью телеканалу Tele-1 он подчеркнул необходимость пересмотра стратегии безопасности Турции и выхода из переживающего кризис НАТО.
Другой отставной генерал-полковник, бывший глава ГРУ Генштаба Исмаил Хаккы Пекин, в интервью российскому изданию также критиковал НАТО, обвиняя альянс в недостаточной помощи Турции в борьбе с международным терроризмом, подразумевая курдские вооружённые формирования в Сирии.
Турция видит очевидные противоречия между США и ЕС, связанные с созданием Европейского бюро НАТО. В этом контексте Анкара не исключает возможности создания Азиатского бюро НАТО при одновременном участии Турции в системе стратегической безопасности Европы. Однако, несмотря на публичное обсуждение этой идеи, турецкая элита пока что преподносит её как способ расширения НАТО на Восток и усиления альянса через Азиатское (тюркское) бюро.
При всех своих реваншистских идеях, турецкая элита сохраняет реалистичный взгляд на вещи. Она понимает, что в одиночку не способна создать и возглавить боеспособный и самодостаточный военный альянс, поскольку не обладает современными военными технологиями и производственными мощностями, сравнимыми с Западом и Израилем. До сих пор Турция не может запустить производство истребителей 5-го поколения KAAN из-за отсутствия собственных двигателей и отказа США в их поставке. Турки всё ещё надеются на военную сделку по модернизированным F-16 и F-35 или на закупку Eurofighter. Наконец, Турция осознаёт, что преждевременный выход из НАТО может повлечь серьёзные геополитические издержки для территориальной целостности страны в случае вмешательства со стороны США и Европы.
Таким образом, Турция находится в сложной геополитической ситуации, балансируя между стремлением к укреплению своего влияния в многополярном мире и необходимостью сохранения прагматичных отношений с существующими альянсами. Амбиции по созданию собственного военного блока сталкиваются с объективными технологическими и производственными ограничениями, а также с потенциальными рисками для национальной безопасности в случае резкого разрыва с НАТО. Идея Азиатского бюро НАТО может рассматриваться как попытка Анкары найти компромиссное решение, позволяющее ей усилить своё региональное влияние, не покидая при этом западный военно-политический блок.
Александр СВАРАНЦ – доктор политических наук, профессор, тюрколог, эксперт по странам Ближнего Востока
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
