Рассказ о событиях в Пекине был бы неполон без рассказа о том, что делали там представители Республики Корея.
Южнокорейское участие в торжествах и «короткая встреча» с северянами
Однако хроника поездки Ли в Японию и США хорошо высветила внешнеполитические приоритеты Сеула — 25 августа 2025 г. Ли Чжэ Мен заявил, что Сеул больше не может придерживаться традиционной позиции «безопасность с США, экономика с Китаем».
А 28 августа глава МИД РК Чо Хен заявил, что РК будет тесно сотрудничать с соответствующими странами, включая Китай, чтобы вернуть Пхеньян за стол переговоров с конечной целью денуклеаризации Севера.
В итоге в Китай отправился спикер Национальной Ассамблеи Южной Кореи У Вон Сик, третий человек в формальной иерархии Юга, но НЕ лицо, принимающее решения. «Гуанча» по этому поводу отметила, что руководство КНР осознает всю сложность внутриполитической ситуации в Южной Корее и затруднительное положение президента Ли Чжэ Мёна: ему необходимо уделять первоочередное внимание отношениям с США и Японией и внутренней напряженности, но не игнорировать Китай. До тех пор, пока действия администрации Ли Чжэ Мёна в отношениях с США и Японией не наносят ущерба интересам Китая, и пока отношения между Китаем и Южной Кореей могут быть улучшены, китайское правительство может это понять.
Как считали в Сеуле, У Вон Сик – еще лучшая кандидатура для переговоров, чем Ли Чжэ Мён. Во-первых, как заявил журналистам старший советник президента по политическим вопросам У Сан Хо, «У Вон Сик и председатель Ким даже выпивали вместе во время межкорейского саммита в 2018 году, поэтому они хорошо знакомы», во-вторых, мать и старшие сестры спикера живут в КНДР . Впрочем, даже советник У отметил, что официальная встреча невозможна, и вероятен только краткий обмен приветствиями.
Так, в общем-то и случилось, хотя первые южнокорейские новости говорили о «короткой беседе», подавая ее как дипломатический успех, почти сразу стало известно ее точное содержание:
У Вон Сик: Мы с Вами виделись 7 лет назад, а теперь снова встретились!
Ким Чен Ын: Ага, здравствуйте…
ВСЁ!
Более того, хотя второй человек в делегации Пак Чи Вон (бывший глава разведки РК, а до того один из организаторов межкорейского саммита 2007 г.) отчаянно пытался обратить на себя внимание и дважды обратился к Ким Чен Ыну со словами «Председатель государственных дел, меня зовут Пак Чи Вон», лидер КНДР даже не обернулся.
Тем не менее, выступая перед журналистами по прибытии домой, У описал свое рукопожатие с Ким Чен Ыном как «значимое само по себе». Более того, оказывается, его поездка «не только достигла намеченной цели — продвижения сотрудничества между Южной Кореей и Китаем, но и привела к неожиданному результату в отношении проблемы Корейского полуострова». Уровень лакировки и самолюбования аудитория может оценить самостоятельно.
Иная дипломатическая активность южнокорейской делегации
На остальных направлениях У Вон Сику повезло больше. Во-первых, спикер парламента встретился с Си Цзиньпином, призвав его приехать в октябре 2025 г. в Кёнджу на саммит Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС).
Во-вторых, глава делегации РК неофициально побеседовал с президентом Владимиром Путиным, которого попросил позаботиться о 130 южнокорейских компаниях, работающих в РФ. Российский лидер поинтересовался перспективами межкорейских отношений и спросил, что бы У Вон Сик хотел передать Ким Чон Ыну.
В ответ У Вон Сик попросил передать следующее: «Я надеюсь на начало в отношениях между Югом и Севером эры мира и процветания. Хотя есть различные препятствия и трудности сейчас крайне важно делать все для укрепления мира на Корейском полуострове, и мы будем работать в этом направлении».
В-третьих, У Вон Сик провел встречу с вице-премьером Дин Сюэсяном, на которой призвал Пекин развивать экономическое сотрудничество с Сеулом, отметив, что участие председателя КНР Си Цзиньпина в предстоящем саммите АТЭС послужит «решающим» поворотным моментом для развития их двусторонних связей. Кроме того, У призвал приложить усилия для достижения «значимых результатов» в ходе последующих переговоров по соглашению о свободной торговле между Южной Кореей и Китаем (FTA) и усилить совместные меры реагирования на сбои в цепочке поставок, включая стабильный доступ к важнейшим полезным ископаемым. Наконец, У Вон Сик отметил необходимость расширения взаимных инвестиций и активизации сотрудничества в разрешении кризисных ситуаций. Он подчеркнул необходимость изучения новых направлений сотрудничества, включая биотехнологии, робототехнику, искусственный интеллект и возобновляемые источники энергии. В свою очередь, Дин Сюэсян предложил ускорить переговоры по подготовке соглашения о свободной торговле и стремиться к его скорейшему заключению.
Обсуждение итогов мероприятия в РК
Текстов разного авторства было много и проще выделить основные направления обсуждения, не считая попыток замаскировать неудачу на межкорейском направлении. Если до парада СМИ РК писали, что «Ким Чен Ын не сможет не заметить У Вон Сика», то после акцент стали делать на то, о чем У договорился с китайской стороной (хотя никаких соглашений и деклараций не было и в этом случае).
Первое направление свелось к констатации факта того, что Ким Чен Ын упрочил свой престиж на международной арене и с поддержкой Пекина и Москвы усилил свою переговорную позицию, отчего склонить его к ядерному разоружению представляется маловероятным.
Хон Мин, старший научный сотрудник Корейского института национального объединения, полагает, что позиция Кима рядом с Си Цзиньпином во время парада отражает «признание стратегического статуса Северной Кореи как соседней державы в Северо-Восточной Азии», демонстрирует чувство солидарности и служит сдерживающим сигналом для США в этом контексте, Хон предполагает, что хотя формально Китай еще заявляет о поддержке денуклеаризации Корейского полуострова, скоро такая риторика может прекратиться.
Старший советник корейского отделения Центра стратегических и международных исследований Сидни Сейлер отмечает, что «Ким явно наслаждается впечатлением о том, что мировой порядок, возглавляемый США, ослабевает, а группа автократических ревизионистских стран, бросающих вызов этому порядку, растет, и Россия и Китай рассматривают Кима как ценного и могущественного, если не ведущего, члена этого клуба».
Отмечалось, что парад в Пекине состоялся всего через неделю после того, как в ходе визитов в Японию и США президент Ли Чжэ Мен подтвердил трехстороннее сотрудничество с Вашингтоном и Токио в области безопасности, отказавшись от многовекторной политики. На этом фоне ободренная поддержкой России и Китая Северная Корея вряд ли будет участвовать в переговорах о денуклеаризации. Вместо этого Ким Чен Ын может начать переговоры о контроле над ядерными вооружениями, добиваясь признания в качестве постоянного ядерного государства.
Однако бывший исполняющий обязанности посла США в Южной Корее Роб Рэпсон указывает, что СМИ преувеличивают значение встречи Кима, Си и Путина. «Несмотря на сенсационные снимки, это еще не единый блок».
Второе направление – «восстановление» отношений КНР и КНДР и то, чем это аукнется Сеулу с точки зрения перспективы отношений КНР и РК. Основная рабочая версия: Ким стремится восстановить отношения с Китаем в попытке использовать их для укрепления своих позиций на переговорах в преддверии возможного возобновления переговоров с США. Так, президент Университета северокорейских исследований Ян Му Чжин заявил, что поездка лидера КНДР — часть усилий по налаживанию разрушенных связей с Пекином в преддверии завершения российско-украинской войны, которая может сместить акцент Москвы на запад: «Присутствие Кима может послужить отправной точкой для многостороннего диалога в стране и катализатором саммита Северной Кореи и США», который Китай попробует обустроить.
Сидни Сейлер тоже считает, что «впечатление о близости между Си Цзиньпином, Путиным и Кимом до и во время парада может быть направлено на то, чтобы показать, что слухи о каком-либо недовольстве КНР отношениями России и КНДР преувеличены».
СМИ РК в этом контексте отмечают рост слухов о поездке президента Китая в Пхеньян на годовщину создания Трудовой 10 октября 2025 г. Предполагают и то, что «в северокорейско-китайских отношениях может наблюдаться быстрый рост экономического сотрудничества и обменов на высоком уровне, что вернет их связи, напряженные из-за военного сближения Пхеньяна с Россией, в нормальное русло».
Третье направление касается критики Ли Чжэ Мёна. Иронично, что те же консервативные СМИ, которые критиковали президента Ли за «прокитайский курс», теперь начали писать, что «укрепить альянс с Вашингтоном и Токио — ответ правильный, но недостаточный. Сдерживание должно сочетаться с гибкостью». Логика фракционной борьбы, она такая.
Их оппоненты отвечают, что мир меняется, и кластеризация политического пространства уже не позволяет сидеть меж двух стульев. А автор вспоминает свой текст 2021 г. , где он указывал, что «примыкание Сеула к американским проектам неминуемо. Южная Корея будет до последнего демонстрировать независимость своей внешней политики, но в итоге сделает выбор в пользу Вашингтона.
Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
