На фоне спада азербайджано-российских отношений в Баку заговорили о размещении турецкой военной базы. Реальность превращает случайность в закономерность?
Данная оценка Г. Джемаля была связана с геополитическим выбором Азербайджана в пользу стратегического союза с натовской Турцией и партнёрства с Великобританией, Израилем и США. Избранные Азербайджаном друзья преследуют политические и экономические интересы, вступающие в противоречие с Россией и Ираном.
Несмотря на исторические связи Азербайджана с Ираном и шиитское течение ислама, власти Баку с 1990-х гг. сделали выбор в пользу союза с суннитской Турцией, которая и стала главным посредником реализации нефтегазовых «контрактов века» с ключевым участием Британии.
Баку, оценив конфликтные противоречия между Израилем и Ираном, установил прагматичное партнёрство с Тель-Авивом. Азербайджанская нефть (60% от общего объёма потребления нефти Израилем) в обмен на израильские вооружения и военные технологии создали основу поступательного развития межгосударственных отношений. При этом Израиль успешно помогал Азербайджану в налаживании отношений с США и Европой как непосредственно, так и через лоббистские возможности еврейской диаспоры.
В свою очередь Азербайджан не препятствовал активности израильских разведслужб на своей территории против Ирана. Военный успех Азербайджана во второй карабахской войне 2020 г., где Израиль оказывал прямую поддержку азербайджанской стороне (поставки вооружения и боевой техники, обмен развединформацией, участие операторов БПЛА), позволил расширить пространственный сервис в интересах израильских спецслужб на иранском направлении. Итоги 12-ти дневной израильско-иранской войны в июне 2025 г., так или иначе, оставили вопросы об использовании территории Азербайджана силовыми структурами Израиля.
Тегеран в нынешней ситуации вряд ли решится на эскалацию отношений с Баку, поскольку, с одной стороны, только недавно стороны прошли сложный этап преодоления кризиса (теракт в посольстве Азербайджана в Иране, отзыв посла и последующее восстановление связей), а с другой – конфликт с Израилем не завершился подписанием мира.
С Россией у Азербайджана в постсоветский период выстраивались разные отношения – от партнёрства до враждебности и наоборот. Москва изначально занимала равноудалённую позицию в карабахском конфликте, пыталась сохранить в орбите своего геополитического влияния Армению и Азербайджан и занимала лидирующую роль в урегулировании карабахского вопроса. Фактически две карабахские войны были завершены с диаметрально разными итогами при решающем посредничестве РФ. Между тем, с 2000-х гг. Россия стала проводить более прагматичную политику на Южном Кавказе, изменила формат отношений с Баку в пользу стратегического партнёрства и союза. Азербайджан получил возможность: приобретения современных видов российского вооружения на 5 млрд долл.; развивать активно бизнес на территории РФ; выступать важным посредником в восстановлении (особенно после сбитого турками осенью 2015 г. российского бомбардировщика Су-24) и развитии российско-турецких связей.
Фактически позитивное отношение Москвы к Баку и удалённый подход в ситуации второй карабахской войны и азербайджано-армянского напряжения в 2021–2023 гг. позволили Азербайджану добиться военного успеха и вернуть утраченный контроль над Карабахом.
Баку, следуя прагматичным интересам, не присоединился к антироссийским санкциям и по аналогии с Турцией стал поддерживать бизнес связи и получать немалые дивиденды от РФ по теме транзита и реэкспорта.
Анкара, несмотря на партнёрство с Россией, не ускоряет реализацию российского проекта газового хаба в Восточной Фракии, ибо выдвигает не только очередные финансовые условия (низкие цены на газ, отсрочка платежей, совместная торговля), но и добивается согласия РФ на выход Турции через Каспий в Центральную Азию к туркменскому газу.
Проект Турана после осени 2020 г. стал приобретать осязаемые контуры, Анкара рассчитывает на формирование альтернативного ЕАЭС и ЕС союза с участием членов ОТГ и Пакистана.
Иран выступает противником Зангезурского коридора, Россия из-за позиции Армении не получает контроль в этом проекте, а Азербайджан может изменить своё отношение к российскому МТК Север-Юг, дабы исключить выход РФ через Иран к Персидскому заливу и Индийскому океану. Подобная перспектива способна привести к новым дипломатическим, а ещё хуже, военно-политическим кризисам в Закавказье.
Азербайджан надеется на турецкие военные базы. На фоне последней эскалации азербайджано-российских отношений, вызванной острой реакцией Баку на факт трагической гибели гражданского авиалайнера и задержаний в рамках уголовного дела представителей азербайджанской диаспоры в Екатеринбурге (расследование по которым ещё не завершилось), бывший помощник президента АР Эльдар Намазов, оценивая последствия названного кризиса, допустил возможность размещения на территории Азербайджана крупной турецкой военной базы (часть которой может быть сдана в аренду ВВС Пакистана) как вероятный ответ на исключение якобы каких-либо военных провокаций со стороны России и Ирана.
Конечно, фигура Э. Намазова не рядовая, а его тезисы, очевидно, согласуются с администрацией президента (как минимум, с помощником президента и главой отдела внешней политики администрации Х. Гаджиевым).
Факт участия Турции в обороне и безопасности Азербайджана имел место и ранее (включая две карабахские войны, проведение военных реформ, подготовке кадров и т.д.). Турция и Азербайджан периодически проводят совместные военные учения, в Агдаме после второй карабахской войны с ноября 2020 г. действовал мониторинговый центр с турецким участием (российские миротворцы покинули территорию Карабаха, но нет сведений об аналогичном уходе турецких военных), в Баку функционирует институт турецких военных советников. Шушинская декларация 2021 г. предусматривает оказание военной помощи по просьбе одной из сторон. Например, Иран понимает, что любой военный удар по Азербайджану приведёт к вмешательству Турции.
Азербайджан в случае размещения на своей территории военной базы члена НАТО Турции создаст новую реальность в Закавказье, которая вынудит Россию и Иран предпринять дополнительные меры обеспечения безопасности и поставит регион в сложные условия. Баку может не рассчитывать на победу по аналогии с Карабахом, но вероятно лишится многих преимуществ, а именно, получит угрозу безопасности транзитных коммуникаций, выступающих донором национальной экономики, и утрату контроля над Карабахом.
Логика в шахматах предполагает исключение необдуманных ходов, способных повлечь фиаско в игре. Логика в «политических шахматах» повышает требования к обдумыванию дипломатических шагов, ибо итогом окажется не просто поражение, а более серьёзные потери (физические, материальные и политические). Увы, нередко войны приводят к разрушению одних государств и образованию других. Алиев дипломат по образованию с президентским стажем и холодным расчётом. Полагаю, кризис в азербайджано-российских отношениях скоро сменится в пользу союзнической декларации.
Александр СВАРАНЦ – тюрколог, доктор политических наук, профессор, эксперт по странам Ближнего Востока
