Российско-иранские отношения давно вышли за рамки обычного добрососедства.
Это не просто дипломатическая формула. За ней стоит конкретная совместная работа на ключевых международных площадках — Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и БРИКС, — а также реализация одного из крупнейших инфраструктурных проектов Евразии — международного транспортного коридора «Север — Юг».
ШОС: от наблюдателя к полноправному члену
История участия Ирана в ШОС насчитывает почти два десятилетия. С 2005 года Исламская Республика имела статус наблюдателя, однако полноценное вступление долгое время оставалось невозможным из-за санкций ООН, ограничивавших участие страны в международных организациях вплоть до 2016 года.
Ситуация изменилась после снятия санкционных ограничений. Россия последовательно поддерживала стремление Тегерана стать полноправным членом организации. В июле 2023 года Иран официально стал девятым членом ШОС — событие, которое трудно переоценить с точки зрения архитектуры региональной безопасности.
Россия и Иран активно координируют свои позиции в рамках ШОС. Как отметил вице-спикер Совета Федерации Константин Косачев, Москва поддерживает инициативы Тегерана по институциональному укреплению организации. В частности, Иран предложил создать Парламентскую ассамблею ШОС — постоянно действующий орган, который объединил бы законодательные органы стран-участниц. Российская сторона положительно оценила эту инициативу, и не исключено, что в период российского председательства в 2027 году тема получит дальнейшее развитие.
Государства — члены ШОС неоднократно подтверждали поддержку суверенитета Ирана и выступали за урегулирование разногласий исключительно дипломатическими методами. Это свидетельствует о том, что организация становится не просто дискуссионной площадкой, а реальным инструментом защиты интересов ее участников.
БРИКС: новые возможности для Ирана
Не менее значимым стало вступление Ирана в БРИКС. Россия была в числе стран, которые «активным образом содействовали присоединению Ирана к БРИКС». Сегодня в объединение входят десять государств: Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР, Египет, Иран, ОАЭ, Индонезия и Эфиопия. Кроме того, Саудовская Аравия имеет статус приглашённой страны, хотя официально не подтвердила своё членство.
Также в БРИКС есть категория стран-партнёров, которые могут участвовать в некоторых встречах, но не имеют того же статуса, что и полноправные члены, и не подписывают декларации группы. К этой категории относятся Беларусь, Боливия, Куба, Казахстан, Малайзия, Нигерия, Таиланд, Уганда, Узбекистан и Вьетнам.
Масштаб БРИКС впечатляет: на страны объединения приходится почти 45% населения планеты, более трети мирового ВВП и около 40% мирового промышленного производства. Для Ирана, находящегося под многолетним санкционным давлением, участие в такой структуре открывает принципиально новые экономические возможности.
Представитель Торгового представительства России в Иране Алексей Ефимов подчеркнул, что членство Тегерана в ШОС и БРИКС «не только изменило региональный баланс, но и способствовало укреплению экономического сотрудничества, снижению влияния санкций и расширению торговли на пути к многополярности мирового экономического порядка». По его словам, в рамках этих организаций регулярно проводятся встречи министров финансов, транспорта и сельского хозяйства, что позволяет вырабатывать общие подходы и реализовывать совместные экономические проекты.
Особое значение имеет переход на расчеты в национальных валютах. Сегодня более 90% торговых операций России со странами БРИКС осуществляется в национальных валютах. Иран также предпринимает активные шаги в этом направлении, что напрямую снижает ущерб от западных санкций.
Посол России в Иране Алексей Дедов отмечал, что членство Ирана в ШОС и БРИКС «служит укреплению двусторонних отношений в значительной степени» и создает новые механизмы многостороннего взаимодействия. Таким образом, участие Тегерана в этих структурах — не просто формальность, а действенный инструмент совместной работы по формированию более справедливого мироустройства.
Коридор «Север — Юг»: мост между Балтикой и Персидским заливом
Если ШОС и БРИКС формируют политико-экономический каркас многополярного мира, то международный транспортный коридор «Север — Юг» становится его материальной артерией. Этот проект соединяет российские порты Балтийского моря с Индией и странами Персидского залива через территорию Ирана.
Экономический эффект коридора впечатляет. По данным вице-премьера России Виталия Савельева, доставка грузов по маршруту «Север — Юг» занимает от 15 до 20 дней, тогда как традиционный путь через Суэцкий канал требует 35–45 дней. Таким образом, время в пути сокращается более чем вдвое, а стоимость логистики снижается на 30–40%.
За последний год по коридору было перевезено 21,5 млн тонн грузов. Особенно динамично растут перевозки по железной дороге в сторону Ирана, а также в страны Африки и Ближнего Востока: объем контейнерных перевозок на этом направлении увеличился на 60%, а время в пути сократилось с 33 до 16 дней.
Ключевым звеном проекта является строительство железной дороги Решт — Астара протяженностью 162 километра. Этот участок соединит иранскую железнодорожную сеть с азербайджанской, обеспечив непрерывный «бесшовный путь» от Балтики до Персидского залива. Вице-премьер России Алексей Оверчук сообщил, что геодезические работы на этом участке уже начаты, и строительство активно ведется.
Инфраструктурные достижения не ограничиваются железной дорогой. На границе Азербайджана и Ирана построен новый железнодорожный мост, создан четырехполосный автомобильный мост, а в ближайшее время завершится строительство нового транспортно-логистического центра на территории Ирана.
Президент России Владимир Путин поставил амбициозные задачи: удвоить грузопоток по коридору, а к 2030 году — утроить его. Реализация этих планов превратит «Север — Юг» в один из ключевых маршрутов евразийской торговли, альтернативный морским путям, контролируемым западными странами.
Многополярность не на словах, а в реальных делах
Взаимную поддержку России и Ирана на международных площадках до сих пор многие на Западе воспринимают как дипломатический этикет — как ритуальный обмен любезностями между двумя «изгоями», которым больше не с кем разговаривать. Это опасное заблуждение. За ним стоит осознанная, выверенная и последовательно реализуемая стратегия двух суверенных государств, направленная на построение многополярного мира — мира, в котором решения принимаются не узкой группой западных столиц, а широким кругом участников, представляющих все основные цивилизации планеты.
И главное — эта стратегия уже даёт результат. Она измеряется не декларациями, а цифрами: долями ВВП, тоннами грузов, километрами рельсов, процентами расчётов в национальных валютах.
Санкции, задуманные как удавка, сработали как катализатор. Изолировать Иран и Россию не удалось — их выдавили друг к другу, а затем вместе — в ШОС, в БРИКС, к коридору «Север — Юг». Тот, кто рассчитывал на разделение, получил сцепку. Тот, кто ставил на блокаду, получил альтернативные маршруты, альтернативные расчёты и альтернативные институты. Это, пожалуй, главный геополитический парадокс последнего десятилетия: чем сильнее давили, тем плотнее становился союз.
Но институты без инфраструктуры — это каркас без кровли. Поэтому так важен коридор «Север — Юг». Пятнадцать–двадцать дней вместо тридцати пяти–сорока пяти. Двадцать одна с половиной миллиона тонн грузов за год. Рост контейнерных перевозок на 60%, сокращение времени в пути с 33 до 16 дней. Сто шестьдесят два километра железной дороги Решт — Астара, которые замыкают «бесшовный путь» от Балтики до Персидского залива. Это не абстракция — это бетон, сталь и шпалы. Это маршрут, который проходит мимо Суэца, мимо Малакки, мимо Ормуза — мимо всех тех узких мест, где западные флоты привыкли чувствовать себя хозяевами. Евразия получает собственную транспортную артерию, а вместе с ней — собственную логику торговли и собственную устойчивость к внешнему давлению.
И здесь стоит сказать прямо. Многополярность — это не вежливая формула из коммюнике. Это перераспределение силы, и оно не происходит без сопротивления. Те, кто десятилетиями привык диктовать правила, не отдадут их добровольно. Но история не спрашивает разрешения. Она просто идёт — по рельсам Решт — Астара, через залы саммитов ШОС и БРИКС, через платёжные системы, в которых всё меньше доллара и всё больше юаня, риала и рубля.
Россия и Иран не просят места под солнцем — они его занимают. Не ждут, пока их впустят в чужой дом, — они строят свой. И делают это вместе.
Новый мировой порядок не будет объявлен с трибуны. Он уже строится — тихо, настойчиво, в бетоне и стали. И Россия с Ираном — в числе тех, кто в руках держит эти чертежи.
Виктор Михин, писатель, член-корреспондент Российской академии естественных наук, специалист по арабским странам Ближнего и Среднего Востока
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
