Суть политики Руанды в отношениях с ДРК кроется в долгосрочной территориальной экспансии с претензиями на ряд районов соседних государств, в первую очередь ДРК, богатых природными ресурсами.
В данной ситуации Поль Кагаме, руандийский президент с бонапартистскими замашками, используя этнически близкую Кигали конголезскую группировку тутси М23, решил в очередной раз продемонстрировать свою доминирующую роль в регионе и сохранить доступ к минеральным богатствам восточных районов ДРК.
И в этом он немало преуспел. Это объясняется тем. что власти в Кигали прекрасно представляли кризисное состояние этого огромного по площади центральноафриканского государства, и в первую очередь развал в его вооруженных силах, связанный с необузданной коррупцией военных кругов, низким уровнем боевой подготовки новобранцев и недостаточным денежным обеспечением рядового состава в размере 100 долларов в месяц.
Как отмечается в служебной записке миссии ООН в ДРК, в ночь перед тем, как повстанцы М23 захватили Гому, военная верхушка и власти провинции Северное Киву бежали на катере по озеру Киву в сторону Букаву, бросив своих военных на произвол судьбы.
Такое поведение военного командования серьезно ударило по морально-психологическому состоянию рядового состава. Не случайно поэтому конголезцы затем стали сотнями сдаваться в плен и переходить на службу в М23.
На состоявшемся в начале февраля сего года судебном процессе над конголезскими военнослужащими, по данным France24, более 260 солдат были приговорены к смертной казни за дезертирство, грабежи, изнасилования и убийства мирных граждан, совершенных во время последних событий в восточных районах страны.
Захватив в первые два месяца этого года города Гому и Букаву, административные центры провинций Северное и Южное Киву, и имеющий важное с военной точки зрения значение близлежащий к Букаву аэропорт, группировка М23, насчитывающая в своих рядах, по данным ООН, более 8000 повстанцев, и получившая от Кигали на вооружение БПЛА, бронетехнику и ракеты «земля-воздух», совместно с контингентом руандийских войск в количестве, по оценкам экспертов ООН, до 7 тысяч бойцов, установила контроль над территорией, в пять раз превышающей площадь всей Руанды.
Но, как отмечают эксперты Международной кризисной группы, суть политики Руанды в отношениях с ДРК кроется не столько в искоренении антиправительственной группировки «Демократические силы освобождения Руанды», действующей с территории ДРК, сколько в долгосрочной территориальной экспансии с претензиями к ряду районов соседних государств, в первую очередь ДРК, богатых природными ресурсами.
На это прямо указал и президент ДРК Феликс Чисекеди. Выступая 25 февраля сего года на Мюнхенской конференции по безопасности, он подчеркнул, что агрессия Руанды на востоке ДРК является не просто пограничным спором, а экспансионистской политикой, направленной на поддержание постоянной нестабильности в провинции Северное Киву, чтобы расхищать здесь месторождения колтана, вольфрама, олова и тантала.
За риторикой Кигали о самообороне и участием в посреднических усилиях в рамках Африканского союза по разрешению конфликта многие эксперты увидели стремление президента Поля Кагаме на фоне военных успехов М23 воспользоваться слабостью конголезского режима и приступить к осуществлению давно вынашиваемой им мечты о воссоздании «Великой Руанды», о чем он неоднократно открыто высказывался.
По свидетельствам ряда руандийских деятелей, в частности бывшего посла Руанды в США и руководителя администрации президента Теогена Рудасингве, «когда я был членом кабинета министров, Поль Кагаме постоянно обращался к идее создания «Великой Руанды».
Более того, находясь с официальным визитом в апреле 2023 года в Бенине, Поль Кагаме выступил с утверждением, что доколониальные границы Королевства Руанда простирались гораздо дальше нынешних границ страны, охватывая территории современной ДРК на западе, Бурунди на юге и Уганды на севере.
Этот тезис был подхвачен руандийскими интеллектуалами и политологами и в последнее время широко использовался для обоснования исторической правомерности осуществления данного проекта. А отставной генерал Джеймс Кабаребе, министр регионального сотрудничества, в октябре 2024 года, касаясь конфликта с ДРК, прямо заявил что конголезские провинции Киву (Северное и Южное) исторически являются руандийскими землями, «несправедливо» отторгнутые у Руанды европейскими колонизаторами.
В связи с этим, оценивая события последнего времени, аналитики и дипломаты задаются вопросом, не намеревался ли Кагаме расчленить ДРК на отдельные части, чтобы лучше продвигать свои экономические и политические интересы, или же собирался ограничиться «балканизацией» завоеванных М23 восточных районов ДРК, номинально оставив их под управлением Киншасы, но установив контроль над основными городами и месторождениями полезных ископаемых через местные марионеточные администрации.
Как отмечает Африканский центр стратегических исследований США, умело спланированная и стремительно осуществленная М23 военная операция по захвату стратегически важного города Гома, за которой последовали меры по созданию собственной администрации, свидетельствует о том, что повстанческая группировка и ее региональные покровители в долгосрочном плане нацелены на удержание и расширение своего территориального присутствия.
На это указывают и эксперты Международной кризисной группы, которые считают, что основная цель Руанды заключается не столько в искоренении антиправительственной организации «Демократические силы освобождения Руанды», действующей с территории ДРК, сколько в долгосрочной территориальной экспансии по захвату регионов, богатых полезными ископаемыми.
Но это, считают эксперты Африканского центра стратегических исследований, совершенно не значит, что Кигали остановится на достижении своих территориальных амбиций, так как перед ним в данном случае открываются новые перспективы. Дело в том, что после угроз главарей М 23 о том, что они намерены и далее продвигаться в направлении Киншасы, в последнее время обострилась напряженность в административном центре провинции Чопо городе Кисангани на северо-востоке и в столице провинции Катанга городе Лумумбаши на юго-востоке, где регулярно отмечается всплеск сепаратистских настроений.
В этих условиях президент Руанды, констатирует Africa Confidential, не считаясь с мнением своих соседей-руководителей африканских государств, которые, похоже, смирились с тем, что он поставил под свой контроль обширные территории на востоке Конго, стал по своему усмотрению передвигать фигуры в региональной шахматной партии.
События последнего времени, резюмирует американское издание связанные с захватом обширных территорий на востоке страны, где М23 при поддержке Руанды создает свои местные администрации, назначая мэров городов, как это произошло в Гоме и Букаву, создавая налоговые службы и формируя полицейские подразделения, являются убедительным свидетельством о серьезных намерениях Руанды перекроить геополитическую карту региона Великих африканских озер.
Но явный интерес нынешней администрации США, проявленный к разработке конголезских минеральных ресурсов, может поставить жирную точку на планах Кигали.
Виктор Гончаров, эксперт-африканист, кандидат экономических наук
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
