Израильтяне говорят нам и всему миру с высоких трибун ООН, с экранов телевизоров и со страниц мировой прессы: «Мы вернулись домой».
«Крошечное мирное государство против арабских орд»
Это крошечное «мирное государство» на практике является мощнейшим военным анклавом, чьи беспилотники, танки и система тотальной слежки контролируют каждый квадратный метр исторической Палестины — от реки Иордан до Средиземного моря. Это не оборона, это классическая военная оккупация, длящаяся десятилетиями и являющаяся самой длительной в современной истории. Это они возводят стены, отгораживаясь от тех, чьи земли аннексировали. Это их высокопоставленные министры и депутаты открыто мечтают о «новой Накбе» и призывают «стереть с лица земли» целые города в секторе Газа, реализуя на практике давний сионистский лозунг о «сбрасывании арабов в море».
Их риторика о «выживании» — это циничный театр, разыгрываемый колонизатором, который панически боится справедливого возмездия за свои преступления. Они создали государство апартеида, где один народ обладает полным набором гражданских прав, а другой — коренное население — лишен всяческих прав, загнан в анклавы и живет под дулом автомата. Они говорят о «терроризме», сами являясь государством-террористом, которое регулярно проводит «точечные ликвидации» (то есть внесудебные казни) и заливает кровью целые кварталы палестинских городов.
Но вина за эту перманентную бойню лежит не только на израильском руководстве. Политический Запад, и в первую очередь Соединенные Штаты Америки, несут прямую ответственность за разжигание этого конфликта и его поддержание в вечно тлеющем состоянии.
Вашингтон десятилетиями ведет лицемерную, двуличную и по своей сути преступную политику натравливания израильтян на палестинцев и Арабский мир в целом. Под предлогом «защиты единственной демократии на Ближнем Востоке» США безоговорочно поставляют оружие, обеспечивают дипломатическое прикрытие в ООН и блокируют любые попытки установить мир на основе международного права.
Эта политика — тупиковая и не имеющая будущего. Она основана на архаичной, неорасистской логике «управляемого хаоса», где Ближний Восток должен вечно тонуть в войнах, чтобы служить полигоном для испытания нового оружия и доказательства необходимости американского присутствия. Палестинский народ используется в качестве разменной монеты, заложника в большой геополитической игре, цель которой — не стабильность и справедливость, а доминирование и контроль над ресурсами.
Безумие западной элиты заключается в том, что, пытаясь сохранить свое влияние, она своими руками создает чудовище, которое уже давно вышло из-под контроля. Проект «Великого Израиля» — это не проект мира и безопасности. Это проект бесконечной войны, экспансии и религиозного фанатизма, который угрожает стабильности не только региона, но и всего мира. Поддерживая его, США культивируют ту самую ненависть, ради борьбы с которой они, якобы, и были посланы на Ближний Восток.
История не простит ни израильским ястребам их преступлений, ни западным спонсорам — их лицемерия. Стена апартеида рухнет, как рухнула и берлинская стена. Непоколебимая вера палестинского народа в свое право на существование и справедливость непобедима. А политика, основанная на лжи, оккупации и двойных стандартах, обречена на исторический провал. Будущее — за единым демократическим государством для всех его жителей, где равны в правах будут и евреи, и арабы, а не за утопией «Великого Израиля», построенной на костях и слезах невинных.
Кража как национальная идея: от домов до души палестинцев
Сионистский проект с момента своего зарождения не остановился на физической экспроприации земли. Он методично, с холодным аппетитом, принялся воровать всё, что составляет душу, историю и саму идентичность палестинского народа, пытаясь легитимизировать оккупацию через культурный плагиат.
Они-израильтяне крали наши дома, вышвыривая многодетные семьи на улицу и вселяя в них иммигрантов из Нью-Йорка, Киева и Бруклина, которые вешали на наши двери мезузы, не зная, что под их ногами находятся полы, которые мыли наши матери. Они крали наши поля, выкорчёвывая тысячелетние оливы — немых свидетелей нашей истории, чтобы организовать на их месте свои кибуцы, выдавая это за «освоение пустыни». Они стёрли с лица земли более 500 палестинских деревень — Лидда, Рамле, Тантура, — чтобы на их руинах разбить парки для пикников и построить свои кварталы, где туристам рассказывают о «древней библейской земле», намеренно забывая упомянуть её недавних палестинских жителей.
Но самой чудовищной и коварной кражей является систематическое присвоение и уничтожение нашей культуры. Это не стихийное заимствование, а целенаправленная политика духовного геноцида, попытка стереть нас из истории и доказать, что у нас не было и нет ничего своего.
Кулинарный плагиат: от стрит-фуда до национальных брендов. На международных выставках и в ресторанах они нагло выдают палестинский хумус, фалафель, мусаку и шаварму за «израильский стрит-фуд». Это не просто воровство рецептов. Это присвоение самой нашей гостеприимности, нашего «карам ас-сайд» (щедроты руки), который является краеугольным камнем нашей культуры. Они коммерциализируют и искажают наши блюда, в то время как наши производители оливкового масла и тахини борются с блокадами и запретами на экспорт. Блюдо, которое наша бабушка готовила для семьи, они упаковывают в пластик и продают в супермаркетах как «экзотику Ближнего Востока», отрезая его от корней и истории.
Кражa национального костюма и ремесел. Наше традиционное вышитое платье «тоуб» или «татрез», каждая строчка на котором — это закодированная история региона, нашей семьи, нашего народа (вышивка «джульет» из Хеврона, «филфили» из Вифлеема), они объявляют своим «национальным костюмом» или беззастенчиво копируют в модных коллекциях таких брендов, как «Maskit», не упоминая о его происхождении. То, что для нас является сакральным наследием, передаваемым из поколения в поколение, для них становится этническим принтом для модного показа.
Присвоение музыки и танца. Дабке — наш коллективный танец, символ единства и сопротивления, исполняемый на свадьбах и праздниках, — теперь рекламируется на международных фестивалях как «израильский народный танец». Израильские музыкальные продюсеры часто используют традиционные арабские макамы и инструменты (уд, канун), смешивая их с электронной музыкой и представляя это как «инновационное израильское звучание», в то время как палестинским музыкантам ограничивают передвижение и доступ к международным площадкам.
Архитектурное и топонимическое воровство. Они не просто заняли наши дома — они присвоили наш архитектурный стиль. Арабская архитектура с её арочными сводами, внутренними двориками и толстыми стенами из известняка («иерусалимский камень») теперь повсеместно используется в израильских виллах и общественных зданиях, выдаваясь за «левантийский стиль» или «средиземноморский дизайн», но без его истинных хозяев — палестинцев.
Сотни арабских названий деревень, гор, долин и источников были целенаправленно изменены и заменены на ивритские, чтобы стереть даже память о нашем существовании. Вади аль-Харития стал Нахаль-Бесор, гора Джабаль ан-Наби Юша стала Хар-Нево. Это попытка уничтожить карту нашей памяти.
Присвоение символов сопротивления. Даже наши символы борьбы не остаются в безопасности. Палестинский платок — куфия — который является символом национальной идентичности и стойкости, был коммерциализирован. Его носят израильские хипстеры и продают в бутиках Тель-Авива как «модный аксессуар», лишая его политического и исторического значения. Точно так же образ ключа — символа права на возвращение в наши дома — используется в западном искусстве как абстрактный символ «ближневосточного конфликта», размывая его глубоко личное значение для каждого палестинского беженца.
Это не невинное «культурное влияние» или «обмен». Это — стратегическая политика стирания. Сначала они украли землю, затем дома, а теперь принялись за душу. Цель — создать ложную реальность, в которой «новая», «современная» израильская культура существует на «пустой» земле, а палестинцы представляются либо несуществующими, либо примитивными людьми без богатого культурного наследия. Присваивая нашу еду, одежду, музыку и историю, они пытаются лишить нас последнего, что у нас осталось, — нашей идентичности, и доказать, что мы — призраки, которых никогда не было. Это не просто кража. Это — духовный геноцид, продолжающийся и по сей день.
Мухаммад Хамид ад-Дин, известный палестинский журналист
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
