Торговая политика Дональда Трампа представляет собой фундаментальный отход от десятилетий глобализации, основанной на многосторонних соглашениях о свободной торговле, в сторону модели, построенной на экономическом доминировании США.
Сделка США–ЕС демонстрирует этот дисбаланс: американские товары поступают в Европу без тарифов, в то время как европейский экспорт облагается пошлинами до 15%, а на сталь — до 50%. Похожая ситуация наблюдается во Вьетнаме: американский экспорт освобожден от тарифов, тогда как вьетнамский облагается пошлинами до 20%. Более того, Вьетнам согласился на дополнительные тарифы в 40% на товары из третьих стран — мера, явно направленная против Китая.
Опыт Индии подчеркивает принудительный характер стратегии Трампа. После того как Нью-Дели отказался открыть свой аграрный рынок, Вашингтон ответил тарифами в 25%, а затем удвоил их до 50% из-за закупок российской нефти. Эти санкции были инструментом не столько торговой защиты, сколько геополитического давления, вынуждающего Индию согласовать свою внешнюю политику с американской.
Япония же пошла навстречу США, расширив сотрудничество не только в торговле, но и в области полупроводников, энергетики и морской обороны. Это отражает более широкую цель Трампа: превращение экономических связей в долгосрочные стратегические альянсы.
В своей сути доктрина «Сделаем Америку снова великой» направлена не столько на внутреннее возрождение, сколько на восстановление глобальной гегемонии США и сдерживание Китая и России. Однако ее устойчивость сомнительна: персонализированный характер стратегии делает ее уязвимой к смене власти, а растущее сопротивление со стороны партнеров и соперников ставит под вопрос её будущее. В конечном счете, судьба этой торговой доктрины зависит не только от глобальной динамики, но и от американской политики — и от того, кто займет Белый дом.
Полная версия статьи на английском языке.
