На выборах 2024 г. Д. Трамп пообещал снизить цены на энергоносители, однако санкционное и не только давление на зарубежных акторов, характерное для внешней политики Вашингтона, бумерангом возвращается ему через рынки фрахта и цены на топливо, лишь повышая издержки для американских потребителей.
В США, не имеющих национальной нефтяной компании, которой президент мог бы приказать увеличить объемы добычи, эта добыча производится частными компаниями. Они, в свою очередь, сами определяют направления инвестиций, исходя из ожидаемой доходности. Тем временем, цены на нефть, на которые они ориентируются, формируются на глобальных рынках, с учетом доступности нефтеперерабатывающих мощностей и стоимости транспортировки нефти. Данные говорят сами за себя: с конца ноября 2025 г. до октября 2026 г. стоимость перевозки 2 млн баррелей нефти из США в Японию увеличилась с 9,1 млн до 81 млн долларов, а доля фрахта в стоимости барреля сырой нефти в США составила 43%.
Сейчас администрация Д. Трампа рассматривает возможность смягчения ограничений для попавших под санкции танкеров, поскольку значительно возросшая стоимость транспортировки нефти угрожает подрывом данных Трампом в предвыборной гонке обещаний. Ведь дополнительно добытая нефть должна достигать нефтеперерабатывающих заводов и потребителей, а внешнеполитические решения, нарушающие эти связи, могут полностью “свести на нет” выгоды от увеличения предложения.
Именно поэтому, чтобы дать адекватную оценку собственным обещаниям, Д. Трампу необходим анализ, выходящий за пределы разрешений на бурение и учитывающий те издержки, которые за собой влекут военные решения и ужесточение санкционного давления американской администрации. Всё это естественным образом повлечет за собой необходимость пересмотра Белым домом собственных политических решений, обоснования и оправдания их изначального принятия перед потребителями и попытки “найти виноватого” на стане политических противников и действиях внешних акторов.
Полная версия статьи на английском языке.
