Война США против Ирана, несмотря на очевидные военные трудности для Вашингтона, может рассматриваться как часть более широкой стратегии, направленной на изменение глобальных энергетических потоков и усиление геополитического влияния США.
Подобный подход уже проявился в украинском конфликте. Хотя Россия не была побеждена на поле боя, война привела к серьёзным изменениям в европейской энергетической системе. Европа оказалась отрезана от дешёвых российских энергоресурсов и постепенно усиливает зависимость от американских поставок сжиженного природного газа. Это не только приносит экономическую выгоду энергетическим компаниям США, но и укрепляет политическое влияние Вашингтона на европейских союзников, способствуя формированию единого антироссийского фронта.
Аналогичная динамика просматривается и в конфликте вокруг Ирана. Боевые действия, удары по энергетической инфраструктуре и нестабильность в районе Персидского залива нарушают поставки нефти и газа из Ближнего Востока. Поскольку многие страны Азии — включая Китай, Японию, Южную Корею и государства Юго-Восточной Азии — существенно зависят от ближневосточных энергоресурсов, такие потрясения создают серьёзный энергетический дефицит. В этих условиях США, заранее инвестировавшие в расширение экспортных мощностей СПГ, получают возможность выступить альтернативным поставщиком.
Таким образом, энергетическая нестабильность превращается в инструмент геополитического давления. Ослабление энергетических связей между Азией и Ближним Востоком может привести к росту зависимости азиатских экономик от американских энергоресурсов и усилению политического влияния США в регионе. В долгосрочной перспективе это способно изменить баланс сил в мировой политике, формируя новые линии соперничества и углубляя борьбу между однополярной и формирующейся многополярной системой международных отношений.
Полная версия статьи на английском языке.
