Последние американские войска покинули Ирак, однако тем, кто ожидает ухода США с Ближнего Востока, стоит искать признаки этого в другом месте.
Центральное командование США сообщает о более чем 50 тысячах военнослужащих в регионе. Только за последние дни туда переброшены дополнительные силы: две батареи Patriot для защиты энергоинфраструктуры Саудовской Аравии и Катара, готовится отправка третьей авианосной группы и до 10 тысяч человек на фоне обострения с Ираном. Штаб операции «Неотъемлемая решимость» переехал в Иорданию, откуда США продолжают борьбу с ИГИЛ* в Сирии.
Меняется не присутствие, а его модель. Уходит эпоха затяжного присутствия наземных войск, контрповстанческих операций и прямой ответственности за внутреннюю безопасность другой страны. На смену приходит проекция силы без оккупации: авиация и флот, ПВО, разведка, региональные партнёры и быстро развёртываемые силы. США сохраняют восемь постоянных баз и ещё 11 объектов в зоне CENTCOM, включая Пятый флот в Бахрейне и передовой штаб на базе Аль Удейд в Катаре. Вашингтон всё чаще выступает как «интегратор и посредник», перекладывая оборону на союзников.
Экономический рычаг также сохраняется: нефтяные доходы Ирака по-прежнему поступают на счёт в Федеральном резервном банке Нью-Йорка, что даёт США влияние на доступ Багдада к долларам.
Но у новой модели есть риски. Страны Залива всё чаще сомневаются в надёжности американских гарантий и ищут альтернативные партнёрства. Чем больше Вашингтон просит союзников брать на себя свою безопасность, тем сильнее их стимул выстраивать отношения вне США. Главный парадокс в том что Америка хочет быть менее присутствующей, но не менее могущественной. Удастся ли ей изменить способ пребывания в регионе, не меняя баланс сил, — вопрос открытый.
*— террористическая организация, запрещена в России
Полная версия статьи на английском языке.
