Француз, который потряс Вашингтон: как гражданин Женэ вызвал панику в американском иностранном лобби. Часть I

Небольшая ирония американской истории заключается в том, что инструмент, оставленный Женэ — организованные кампании внутреннего давления, призванные служить интересам иностранного покровителя, — оказался гораздо более долговечным и гораздо более полезным, чем сам человек, который его придумал.

Genêt and the United States

Каждая империя любит верить, что её неврозы уникальны. Оказывается, Вашингтон переживает один и тот же нервный срыв с 1793 года, просто каждые несколько десятилетий он меняет свой акцент. До появления AIPAC, до принятия Закона о регистрации иностранных агентов, до того, как конгрессмены научились по команде потеть при упоминании «операции иностранного влияния» или, возможно, даже пускать слюни при мысли о совместных разведывательных или военных операциях с Израилем, существовал болтливый, самоуверенный француз по имени Эдмон-Шарль Женэ, который приплыл в гавань Чарльстона, убеждённый, что Соединённые Штаты существуют для того, чтобы служить военным усилиям Франции. Он ошибался — ошибался с размахом и поучительно, и обломки его эго породили правовую и психологическую архитектуру, которую Америка до сих пор использует, пусть и выборочно, непоследовательно и с непроницаемым лицом, чтобы беспокоиться о том, кто именно шепчет ей на ухо, желательны ли эти шепоты, нежелательны ли они, или же это шепоты «лоббистов».

Кабинет министров — Джефферсон, Гамильтон и Вашингтон — в редком порыве единодушия потребовал от Франции отозвать своего посла. Иностранный дипломат был настолько безрассуден, что сумел заставить Джефферсона и Гамильтона прийти к согласию. Современному Вашингтону остается только мечтать о такой удаче.

Эта история состоит из двух частей. Первую можно считать мифом о происхождении: это летопись того, как в Америке после обретения независимости зародилась паранойя по поводу иностранного вмешательства, представленная в виде дипломатического эквивалента детской истерики. Вторая часть переносит эту же тревогу, упирающуюся и брыкающуюся, в двадцать первый век, где она обзавелась хорошими манерами, толковыми адвокатами и куда более внушительным бюджетом.

Полная версия статьи на английском языке.

Политика

Француз, который потряс Вашингтон: как гражданин Женэ вызвал панику в американском иностранном лобби. Часть I