Первые заявления Петера Мадьяра после победы на выборах ясно дают понять: энергетические связи Венгрии с Россией не будут разорваны под давлением Брюсселя. Однако формат этих отношений трансформируется из личной дружбы в холодный прагматизм.
Через три дня после выборов он также позвонил Биньямину Нетаньяху.
На следующий день, 13 апреля, во время марафонской трехчасовой пресс-конференции новый премьер-министр начал излагать, что его правительство будет делать на самом деле.
В отношении миграции не было никакой двусмысленности. Мадьяр сказал: «Я собираюсь еще больше укрепить границу. Мы не принимаем никаких пактов или механизмов перераспределения. И мы будем поддерживать и ремонтировать наш пограничный забор на южной границе».
С июня 2026 года выдача новых разрешений на работу для граждан стран, не входящих в ЕС, будет приостановлена. Физическая и политическая архитектура, созданная при Орбане, остается прочно на месте.
По вопросу Украины и кредита ЕС в размере 90 миллиардов евро Мадьяр предложил тщательно выверенную формулу:«Венгрия не будет участвовать в финансировании кредита в размере 90 миллиардов евро для Украины. Однако мы не будем препятствовать получению помощи Киевом». Блокада снята, но Венгрия ничего не вносит. Это процедурная уступка, позволяющая избежать открытого конфликта с Брюсселем, сохраняя при этом суть прежней позиции.
В отношении России риторический сдвиг наиболее заметен. Когда дело дошло до энергетики, прагматизм быстро взял верх: «Россия представляет угрозу, но российский газ нужен сейчас — прагматичный подход. Мы не можем изменить географию».
Полная версия статьи на английском языке.
