Агрессия США и Израиля против Ирана, развязанная с использованием военной и энергетической инфраструктуры ближневосточных стран, вынуждает Тегеран осуществлять контратаки в целях самообороны. Иран заблаговременно предупреждал о своих ответных действиях.
Использование территории третьих стран
Ответные меры Тегерана в отношении Израиля также пересекают воздушное пространство третьих стран. Однако Иран вынужден действовать в рамках права на самооборону, поскольку войну развязали Израиль и США. Оценивая опыт 12-дневной войны, иранские власти заранее предупреждали все ближневосточные и соседние с Ираном государства о недопустимости предоставления своей территории и воздушного пространства для агрессии. В противном случае Иран будет рассматривать эти страны как соучастников США и Израиля и законные военные цели.
Предупреждения иранской стороны были восприняты странами региона по-разному. Эр-Рияд публично выступал за дипломатическое урегулирование иранского кризиса, но в действительности высокопоставленные лица Саудовской Аравии (например, министр обороны Халид ибн Салман) подталкивали американцев к войне против Ирана, аргументируя это усилением позиций Тегерана в регионе и демонстрацией слабости США в случае бездействия.
Эскалация конфликта и региональные последствия
С началом боевых действий США активно начали использовать свои военные (морские и авиационные) базы во всех вышеназванных странах Ближнего Востока. Это вынудило Иран осуществлять ракетные и дроновые атаки по военной и энергетической инфраструктуре арабских государств Персидского залива, а также по дипломатическим представительствам США в этих странах.
К сожалению, ответные меры иранской стороны затрагивают не только объекты военной и энергетической инфраструктуры, но и объекты социального значения (гостиницы, жилые комплексы, транспортные коммуникации). Иран мотивирует это размещением и эксплуатацией их американскими военнослужащими и дипломатами. Предупреждения и вовлечение систем ПВО арабских стран в отражение регулярных атак Ирана, по сути, уже эскалируют конфликт до регионального масштаба. ОАЭ, испытавшие на себе ужас ракетно-дроновых ответов Ирана, уже официально заявили об отказе предоставлять свою территорию США для атак по Ирану, что вызвало недовольство Вашингтона.
Глобальный энергетический кризис и геополитические ставки
Еще одним негативным следствием войны против Ирана стало развитие мирового кризиса цен на нефть и газ. Корпус стражей исламской революции (КСИР) наносит целевые удары по нефтяным месторождениям и нефтеперерабатывающим заводам в Ираке и странах Персидского залива, стремясь сократить добычу нефти. Кроме того, Иран блокирует вход и выход нефтяных танкеров в Ормузский пролив. Аналогичным образом, объектами военных ударов Ирана выступает газовая инфраструктура стран региона, в первую очередь Катара.
Подобная тактика иранских вооруженных сил провоцирует ответные удары со стороны США и Израиля по нефтегазовой инфраструктуре самого Ирана. При этом Вашингтон преследует двойную цель: установление полного контроля над мировым рынком нефти и нанесение максимального ущерба китайско-иранскому энергетическому партнерству. Сокращение поставок иранской нефти, по замыслу США, должно подорвать темпы роста китайской экономики.
Эскалация напряженности на Ближнем Востоке: Расширение антииранской коалиции и риски для региона
США и Израиль активно стремятся расширить круг участников антииранской кампании, вовлекая в нее такие страны, как Кипр, Турция и Азербайджан. Вашингтон и Тель-Авив не ограничиваются использованием существующей военной инфраструктуры стран Ближнего Востока, активно перенося свои возможности на Кипр.
Такое смещение фокуса делает Кипр потенциальной военной мишенью для Ирана, что неизбежно приведет к дальнейшей эскалации конфликта. Удар по Кипру, в свою очередь, неминуемо втянет в противостояние Грецию, Францию и Великобританию. В ответ на угрозу Афины уже перебрасывают на остров истребители F-16, Париж направляет авианосец «Шарль де Голль», а Лондон предоставил свои базы ВВС американцам и отправляет в регион авианосец «Принц Уэльский».
Позиция Турции и Азербайджана: между критикой и риском вовлечения
Анкара изначально заняла взвешенную позицию. С одной стороны, турецкие власти резко осудили агрессию американо-израильской коалиции против Ирана, расценив ее как результат давления и провокаций со стороны правительства Б. Нетаньяху. С другой стороны, Турция последовательно выступает за прекращение боевых действий и возобновление переговоров между США и Ираном.
На территории Турции расположены крупная авиабаза США «Инджирлик» в Адане и важнейшая база ПВО-ПРО НАТО в Кюречике. Использование этой инфраструктуры в интересах США и Израиля неизбежно спровоцирует ответную реакцию Ирана. Учитывая опыт ЦРУ и «Моссад» в проведении тайных операций, нельзя исключать возможность подрывной деятельности этих разведывательных служб, включая организацию ложных атак на Турцию и ее союзника Азербайджан, якобы со стороны Ирана. Цель таких провокаций – втянуть тюркские страны в антииранскую коалицию.
Инциденты с ракетами: Попытки провокации?
Первый подобный инцидент произошел 4 марта, когда система ПРО НАТО обнаружила и сбила иранскую баллистическую ракету в воздушном пространстве турецкой провинции Хатай. Анкара осудила атаку, потребовала от Тегерана разъяснений, серьезного расследования и недопущения подобных инцидентов в будущем. Турция заявила о принятии всех мер для обеспечения своей безопасности, начала консультации с союзниками по НАТО и оставила за собой право на ответный удар.
Президент Ирана М. Пезешкиан и глава МИД А. Арагчи тогда принесли извинения Турции, объяснив инцидент отклонением баллистической ракеты от курса на Кипр. Однако это объяснение вызывает вопросы, поскольку в других случаях иранские баллистические ракеты не отклонялись на такое расстояние. Странности «иранской атаки» на Турцию на этом не закончились: Министерство обороны Великобритании допустило, что удар по Турции нанес не Иран, а Израиль, с целью втягивания Анкары в конфликт с Тегераном.
Информация о нацеленности Ирана на Кипр привела к тому, что Турция, выступающая гарантом безопасности самопровозглашенной Турецкой республики Северный Кипр, по аналогии с Грецией, решила направить на турецкую часть острова шесть истребителей F-16 и системы ПВО.
Повторный инцидент с иранской баллистической ракетой произошел 9 марта в районе провинции Газиантеп. Анкара пока ограничивается осуждением и призывом к сдержанности Ирана. Тегеран вновь опроверг причастность к ракетному удару по Турции, а глава МИД ИРИ А. Арагчи предложил своему турецкому коллеге Х. Фидану создать совместную комиссию для расследования.
Азербайджан под ударом: Рост напряженности на Кавказе
Следующим примером эскалации военного напряжения в регионе стали удары беспилотников 5 марта по зданию аэропорта и школе в Нахичеванской Автономной Республике Азербайджана. К счастью, эти атаки не привели к человеческим жертвам, но вызвали обоснованную тревогу в Баку. Президент Ильхам Алиев резко осудил данную акцию. Ранее Баку заверял иранскую сторону, что в случае войны Азербайджан не будет участвовать в ней и не предоставит свою территорию третьим странам.
В ответ на предполагаемую атаку беспилотников, президент Азербайджана Ильхам Алиев созвал экстренное заседание Совета национальной безопасности. Была объявлена повышенная боеготовность армии, начата переброска войск к границе с Исламской Республикой Иран. На несколько дней Азербайджан закрыл границу для грузовых автомобилей и инициировал консультации с Турцией в рамках Шушинской декларации 2021 года.
Баку выступил с резкими угрозами в адрес Тегерана, заявив о готовности применить «железный кулак». Местные СМИ активно освещали предполагаемую международную поддержку со стороны Турции, США, Израиля, Великобритании, Франции, Германии, Венгрии, Словакии, Сербии, Албании, Пакистана, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана. В знак протеста Алиев отозвал посла из Тегерана и временно закрыл консульство в Тебризе.
Спустя сутки после инцидента, Служба государственной безопасности Азербайджана объявила о задержании восьми человек, подозреваемых в связях с Корпусом стражей исламской революции (КСИР). По данным ведомства, задержанные планировали диверсионные акции, включая подрыв нефтепровода Баку-Джейхан, а также нападения на посольство Израиля и синагогу.
Странности и вопросы без ответов
Однако ситуация сопровождалась рядом нестыковок. Генерал КСИР Джабари выразил сомнение в причастности Ирана к атаке, задаваясь вопросом, зачем использовать маломощные дроны, если целью был бы серьезный удар. Азербайджанский журналист Рахим Шалиев, в свою очередь, обнаружил на обломках сбитых беспилотников надписи на азербайджанском языке.
Вызывает вопросы и молниеносная реакция азербайджанской контрразведки, оперативно разоблачившей предполагаемую агентурную сеть КСИР. Это наводит на мысль, что кто-то мог «выжидать» иранскую атаку для подготовки информационного поля для ответных мер. На этом фоне израильский 11-й канал допустил возможность скорого участия Азербайджана в войне против Ирана.
Президент Ирана М. Пезешкиан заверил И. Алиева, что Тегеран не совершал ударов по Нахичевани. Впоследствии Баку снизил градус напряженности в отношениях с Тегераном, вновь открыл границу и оказал гуманитарную помощь Ирану.
Тем временем представители КСИР и глава Высшего Совета по национальной безопасности Али Лариджани категорически отвергли обвинения Азербайджана в осуществлении дроновой атаки. Они подчеркнули свою приверженность дружественным отношениям с соседями и призвали Баку отказаться от сотрудничества с сионистами и американцами, предупредив о возможных ответных ударах.
Внутренняя политика Ирана и региональная стабильность
Президент США Дональд Трамп положительно оценивает М. Пезешкиана, в то время как консервативные лидеры Ирана, такие как А. Лариджани и М. Галибаф, подвергаются резкой критике. Если Пезешкиан выступает за прекращение ударов по соседним странам, то Лариджани и Галибаф, опираясь на КСИР, придерживаются противоположной позиции. Будет ли вновь избранный верховный духовный лидер Моджтаба Хаменеи придерживаться центристской политики и обеспечит ли баланс в принятии решений, или же возьмет курс на месть за убийство своего отца – покажет ближайшее будущее.
Александр Сваранц – доктор политических наук, профессор, тюрколог, эксперт по странам Ближнего Востока
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
