28 января северокорейское агентство ЦТАК сообщило, что КНДР провела испытательный запуск модернизированной крупнокалиберной реактивной системы залпового огня (РСЗО). Испытательные пуски четырёх ракет прошли под руководством северокорейского лидера.
Подробнее о пуске
Реактивные системы залпового огня Северной Кореи KN-25калибром 600 миллиметров имеют максимальную дальность стрельбы в 400 км, что позволяет им находиться в пределах досягаемости всех ключевых военных баз РК, и как отмечает профессор Института дальневосточных исследований Университета Кеннам Лим Ыль Чхоль, они могут нести тактическое ядерное оружие.
Ким Чен Ына сопровождали заместитель заведующего отделом ЦК ТПК Ким Чон Сик и начальник Главного управления ракетостроения КНДР Чан Чхан Ха, а также дочь высшего руководителя КНДР.
Предыдущий ракетный пуск КНДР состоялся 4 января.
Речь Ким Чен Ына
Лидер КНДР был доволен и указал: «Сегодняшнее испытание имеет весьма важное значение в повышении эффективности стратегического сдерживания. Это объясняется тем, что произошло техническое обновление для самого удачного и эффективного использования мощнейших характеристик этой системы оружия и, следовательно, она подходит к использованию при специальных атаках».
Отдельно он отметил мобильность модифицированного артиллерийского тягача, мобильность, интеллектуальность и меткость реактивного снаряда, а также то, что система самоуправляемого высокоточного полета, позволяющая игнорировать любое вмешательство извне, является важной чертой, показывающей превосходство этой системы оружия.
Эксперты РК предположили, что автономная система точного наведения, упомянутая Кимом, может указывать на новую навигационную систему, используемую для того, чтобы помочь оружию противостоять GPS-помехам, и российский след не смогли не найти. Син Чжон У, исследователь Корейского форума по обороне и безопасности, заявил о вероятности того, что была подключена система GPS военного назначения, предоставленная Россией, добавив, что такие системы невосприимчивы к помехам.
Ким Чен Ын также сказал, что на предстоящем IX съезде ТПК будут намечены планы следующего этапа для дальнейшего укрепления сил ядерного сдерживания. Грядущий съезд должен пройти в феврале 2026 г., сформировав основные направления политики КНДР в области обороны, дипломатии и экономики на следующую пятилетку.
Стандартные реакции
Эксперты Запада и РК указали на несколько причин пуска в эти даты, помимо вероятной военно-технической необходимости. Во-первых, запуск состоялся в тот момент, когда заместитель министра обороны США по политическим вопросам Элбридж Колби завершил свой трехдневный визит в Южную Корею после того, как на прошлой неделе Пентагон опубликовал новую оборонную стратегию США, в которой Северная Корея оценивалась как представляющая «прямую военную угрозу» для Южной Кореи и Японии, а ядерные силы Северной Кореи представляют «явную и реальную» угрозу ядерного нападения на территорию США.
Во-вторых, Military Strength Ranking опубликовал очередной рейтинг Global Firepower, в котором Южная Корея заняла пятое место в мире по уровню военной мощи, уступая США, России, Китаю и Индии. КНДР заняла 31 место, поднявшись на три позиции по сравнению с 2024 г. Таким образом, Пхеньян переборол тенденцию последних лет к ослаблению своего конвенционального военного потенциала – 18 место в 2019 г., 36 в 2024 г., 34 в 2025 г.
Управление национальной безопасности при президенте США осудило последний запуск баллистической ракеты Северной Кореей как нарушение резолюций Совета Безопасности ООН и призвало Пхеньян немедленно прекратить провокации.
Объединенный комитет начальников штабов РК (ОКШ) заявил, что наши военные поддерживают твердую готовность, в то же время тесно обмениваясь информацией о северокорейских баллистических ракетах с американской и японской сторонами на фоне усиленного наблюдения за дополнительными пусками.
Вооруженные силы США в Корее заявили:«Cобытие не представляет непосредственной угрозы для персонала или территории США, а также для наших союзников. Соединенные Штаты по-прежнему привержены защите родины США и наших союзников в регионе».
Пуск в контексте успехов военного строительства КНДР в 2025 г.
Но завершить разговор о пуске хочется напоминанием о том, какое место он занимает на фоне развития военного строительства в КНДР в течение прошлого года.
В течение 2025 года Северная Корея продолжала активно заниматься строительством своего военного потенциала. Зримой демонстрацией достигнутых успехов стали открывшиеся осенью в Пхеньяне выставка вооружений и военный парад, приуроченный к 80-летию Трудовой партии Кореи. В обоих случаях ВПК КНДР представил достаточный набор военных инноваций, среди которых самой заметной является твёрдотопливная баллистическая ракета «Хвасон-20», способная, как и более ранние варианты, наносить удары по всей континентальной территории США.
Кроме того, несколько ракет малой и средней дальности получили гиперзвуковой глайдер, что фактически обнуляет возможности ПВО сопредельных недружественных стран – полёт гиперзвуковой ракеты от Пхеньяна до Сеула занимает около минуты. За это время оппонент не способен предпринять действия по перехвату ракеты как минимум по причинам, сопряжённым с военной бюрократией.
В течение года Ким Чен Ын неоднократно ездил по военным объектам – как военным заводам, так и соответствующим НИИ, вдохновляя учёных и работников ВПК на активную работу по специальности. В своих выступлениях он не раз отмечал, что в нынешней политической обстановке не стоит останавливаться на достигнутом, так как недруги КНДР не сбавляют градус военных приготовлений и форсируют гонку вооружений со своей стороны.
Северная Корея внимательно следит за трендами революции в военном деле, чем объясняется её большое внимание к БПЛА разного вида и дальности. Судя по всему, они уже давно и активно поступают в войска, и на параде 10 октября 2025 года были продемонстрированы дроны-камикадзе в компоновке по шесть штук на пусковую установку, которые, судя по виду, испытывают влияние китайских и/или израильских аналогов.
Помимо ракетно-ядерного блока, в 2025 году КНДР начала активно подтягивать до мирового уровня те области военного строительства, которые ранее не пользовались особенным вниманием руководства. Так, если до нынешнего времени северокорейские ВМФ при своей впечатляющей численности скорее соответствовали описанию «москитного флота», а большинство подводных лодок де-факто было полупогружаемыми, и могли использоваться в основном для диверсионных акций. В этом году была построена подводная лодка, способная нести баллистические ракеты и два вполне современных эсминца. При этом характерно, что эсминцы строились одновременно на двух верфях, хотя пуск одного из них был омрачён аварией, северные корейцы смогли самостоятельно ликвидировать её последствия и ввести корабль в строй в короткие сроки.
Можно констатировать, что задача военного строительства, поставленная на съезде ТПК в 2021 году, по большей части выполнена, и в начале 2026 года нас ждёт дальнейшая интенсификация военного строительства. Пуск, о котором мы писали – первый шаг на длинной дороге.
Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
