В первой половине января 2026 г. кризис в отношениях между Японией и Китайской Народной Республикой продолжил усиливаться.
В то же время это далеко не первый (хоть и во многом уникальный) кризис в отношениях между двумя странами. В этой статье мы рассмотрим историю подобных конфликтов с восстановления дипломатических отношений между Китаем и Японией в 1972 г. и определим, может ли история подсказать нам паттерн, по которому будет развиваться наблюдаемый нами сейчас кризис.
Подъем отношений и подкрадывающиеся разногласия
1972 – первую половину 1990-х гг. нередко называют временем рассвета японо-китайского сотрудничества. В этот период было подписано Совместное коммюнике 1972 г., восстановившее официальные отношения между странами и определившее их условия; был подписан Договор о мире и дружбе 1978 года, заложивший политическую и правовую основу мирного двустороннего взаимодействия; в 1992 г. Китай посетил император Акихито; а в 1995 г. премьер-министр Томиити Мураяма выступил с заявлением, в котором принес извинения за военную агрессию Японии в годы Второй мировой войны.
Положения, изложенные в коммюнике 1972 года (понимание и уважение Японией заявления КНР о том, что Тайвань является неотъемлемой частью территории Китая) и заявлении Мураяма 1995 года (признание военных преступлений Японии и извинение за них перед КНР), определили правила, которых оба государства должны были придерживаться.
Однако отношения в этот период отнюдь не были безоблачными. Уже эти годы наметились те спорные вопросы, вокруг которых между Японией и КНР будут возникать конфликты позднее.
Так, во время нормализации отношений в 1970-х гг. стороны не определились с принадлежностью островов Дяоюйдао (Сэнкаку), отложив этот вопрос на потом. А когда «потом» настало, споры вокруг их принадлежности значительно усугубили отношения между странами.
Не нравилось Китаю и то, что, несмотря на официальный разрыв отношений Токио-Тайбэй, объем японо-тайваньской торговли оставался значительным (8,4 млрд долл. в 1985 г.), поддерживались туристические связи.
В начале 1980-х Китай выражал недовольство японскими учебниками истории для средней школы, которые приуменьшали масштаб японских военных преступлений в отношении Китая. В тот раз японская сторона согласилась внести изменения в спорные пособия. Также КНР выразил недовольство посещением японским премьер-министром Накасонэ Ясухиро храма Ясукуни, посвященного душам павших воинов, в том числе военных преступников. Во всем этом Пекин видел попытки Японии уйти от ответственности за ущерб, нанесенный Китаю в годы Второй мировой войны, но высказывание Мураяма, казалось бы, разрешило это недопонимание.
Япония отходит от позиции Мураяма
Все перечисленные спорные вопросы получили развитие в 2000-х – 2010-х гг. Достаточно провокационной для правительства Китая оказалась администрация Коидзуми Дзюнъитиро. Этот премьер-министр Японии выступал за налаживание экономических отношений с КНР, что нравилось китайской администрации. Однако серьезное недовольство у нее вызывала позиция премьера по пересмотру исторической памяти.
Коидзуми посещал храм Ясукуни каждый год на протяжении всего срока премьерства. Каждый визит вызывал официальные протесты со стороны Пекина, и высказывание Коидзуми 16 мая 2005 г. о том, что эти визиты – это дело Японии, которое других стран не касается, только ухудшило отношения между странами. Кроме того, крупный скандал на почве исторической памяти произошел месяцем ранее, в апреле 2005 года, когда Министерство образования Японии вновь одобрило школьный учебник истории, обелявший военные зверства Японии. Перечисленные события вызвали и постоянно подогревали массовые антияпонские демонстрации в более чем 100 городах Китая в апреле-мае 2005 года.
Япония в свою очередь стала предоставлять КНР меньше льготных кредитов (вплоть до полного прекращения в 2007 г.) Ранее Япония использовала этот механизм, надеясь сделать из Китая лояльного союзника, который забудет о японских военных преступлениях и территориальных спорах. Вероятно, именно в эти годы правительство Японии окончательно убедилось, что этот расчет не оправдался.
Таким образом, в годы правления Коидзуми японское правительство продемонстрировало фактический отказ от положений, заявленных Маруяма, по сути возобновив споры, которые стороны уже уладили. Позднее политику пересмотра истории в учебниках и посещения храмов Ясукуни возобновил премьер-министр Синдзо Абэ, продолжая тем самым провоцировать КНР.
Конфликт вокруг островов Дяоюйдао (Сэнкаку)
Проблемы «спящих конфликтов» в японо-китайских отношениях наложились на два других фактора: стремление Японии пересмотреть характер своих отношений с КНР и в целом свое место в политике Азиатско-Тихоокеанского региона, а также значительный военный и экономический подъем Китая к началу 2010-х гг. Результатом сочетания этих факторов стал конфликт вокруг островов Дяоюйдао (Сэнкаку), который во многом напоминает динамику современных событий.
7 сентября 2010 года китайское рыболовное судно протаранило два патрульных судна японской береговой охраны в спорных водах примерно в 12 километрах к северо-западу от островов. После столкновения члены экипажа судна были арестованы, а его капитан мог получить тюремное заключение. Это было значительным ужесточением по сравнению с принятой ранее практикой по депортации нарушителей в подобных случаях. Китайское правительство потребовало безоговорочного освобождения экипажа и капитана, но получило отказ.
В ответ на это Пекин приостановил все дипломатические встречи на министерском и более высоком уровнях и, что наиболее болезненно (и схоже с событиями наших дней), ввел эмбарго на экспорт редкоземельных минералов в Японию. Не выдержав такого давления, японское правительство приняло условия китайской стороны.
В отношении этого кейса хотим отметить два момента. Первый – это эффективное применение Китаем экономического рычага. Япония находится от Китая в большей экономической зависимости, чем Китай от Японии, и в особенности это касается редкоземельных металлов. Это тот инструмент, который Китай может применить и сейчас в противостоянии с Санаэ Такаити, если ее администрация перейдет черту. Второе – это то, что в очередной раз Япония и Китай разрешили саму конфликтную ситуацию, но не фундаментальную причину, из-за которой она произошла – спор о принадлежности островов.
В результате в 2012 году произошел очередной кризис, в ходе которого правительство Японии выкупило три спорных острова архипелага Дяоюйдао (Сэнкаку) у частного владельца. Сделало оно это для того, чтобы их не приобрел губернатор Токио Синтаро Исихара, который мог использовать острова для провокаций Китая. Однако Пекин такой жест не оценил.
В крупных китайских городах вспыхнули массовые антияпонские протесты, более масштабные и продолжительные, чем демонстрации 2005 года. Китайское правительство направило морские патрули к спорным островам, усилило наблюдение за Восточно-Китайским морем и объявило о создании новой зоны идентификации противовоздушной обороны, в которую входят спорные острова. Лишь в ноябре 2014 года Япония и Китай договорились постепенно возобновить дипломатический диалог и диалог по вопросам безопасности. Но сам спор вновь был не решен, а заморожен. В качестве напоминания Японии об этом КНР регулярно размещает суда береговой охраны неподалеку от островов.
Какие уроки можно вынести из этих событий?
Начиная с 2000-х гг. Япония и Китай вступают в конфликты, в результате которых в отношениях между странами возникают новые нормы. Правление Коидзуми Дзюнъитиро нормализовало пересмотр Японией взгляда на свои преступления в отношении Китая в годы Второй мировой войны. Кризисы, связанные с архипелагом Дяоюйдао (Сэнкаку), нормализировали более агрессивную политику Японии в отношении спорных территорий и аналогичный ответ КНР, в том числе крайне эффективные способы экономического давления.
Изначальные ожидания автора настоящей статьи о том, что Санаэ Такаити пойдет на компромисс с Пекином относительно своего высказывания о Тайване, не оправдались. Новый премьер-министр Японии отказывается идти на уступки, усугубляя конфликт.
Как будет развиваться нынешний конфликт сказать непросто. Но можно отметить, что, во-первых, Китай еще не применил «ультимативное оружие» против Японии – эмбарго на экспорт редкоземельных металлов, а потому Токио стоит действовать осторожно. Во-вторых, вероятнее всего, по заморозке (как обычно, и происходит) кризиса в отношениях между странами появится новая норма. Санаэ Такаити стремится нормализовать риторику об особенном интересе Японии на Тайване в сфере безопасности. Удастся ли это, зависит от администрации Японии (которая, впрочем, движет страну в несколько другом направлении), от КНР, если она решит усилить давление на Токио (а инструменты для этого у страны есть), и от США, которые могут или поддержать Японию, или оставить ее за бортом, попытавшись нормализовать отношения с Китаем.
Даниил Романенко, японовед, сотрудник Института востоковедения РАН
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
