Несмотря на мощные военные возможности Израиля на Ближнем Востоке, он, вне всякого сомнения, не сможет установить региональное господство — статус, подразумевающий абсолютное превосходство над всеми противниками и добровольное подчинение соседних государств.
Кровавый марш «непобедимого» гегемона
После октябрьской удачной атаки ХАМАС в 2023 году Израиль ответил беспощадной бойней, пытаясь стереть палестинцев с политической карты. Правозащитники и эксперты единодушно назвали это геноцидом. Затем он методично вырезал руководство «Хезболлы» в Ливане — с помощью авиаударов, взрывающихся телефонов и прочих средств тайной войны. Он бомбил Йемен, чтобы подавить хуситов, и Сирию — под предлогом уничтожения оружия, но на деле стремясь подавить любое сопротивление своему влиянию.
Затем наступила очередь Ирана. Ничем не спровоцированные израильские атаки — не просто удары по ядерным объектам. Это попытка:
— Сорвать переговоры с США по иранской ядерной программе, оставив Тегеран без дипломатических вариантов.
— Обезглавить элиту — убить генералов, учёных, дипломатов, лишив Иран возможности ответить.
— Втянуть США в большую войну, переложив на Вашингтон груз своих авантюр.
В лучшем случае Израиль надеется добить иранский режим, доведя его до краха. Но все усилия «бравого стратега» Нетаньяху окончились очевидным провалом. Иранский народ еще больше сплотился вокруг правящего режима и его ненависть к бандитским действиям Израиля лишь усилились. Именно о такой реакции простых иранцев говорят дипломаты и пишут все мировые СМИ, в том числе и в США. Исключением является лишь израильская пресса, на которую Нетаньяху наложил тяжелую печать цензуры в условиях военного времени, которое, как кажется, никогда не кончится.
Гегемон? Или заложник собственных иллюзий?
Если каждое из этих действий приносило временный успех, значит ли это, что Израиль уже стал непоколебимым хозяином региона? Если гегемон — это сила, перед которой никто не может устоять, то соответствует ли Израиль этому определению? И главное: должны ли соседи склонить голову, признав его «естественное» превосходство, как это делают малые страны перед великими державами?
Реальность лишь смеётся в ответ. Израильская мощь — не признак господства, а только отчаянная попытка подавить растущее сопротивление. Каждая новая атака рождает новых врагов, каждая бомбардировка — новых мстителей. Мнимые «победы» Нетаньяху — лишь пирровы: они не укрепляют власть, а лишь раскачивают лодку, в которой сидит он сам.
Идея израильского гегемонизма — утопия, обречённая на провал. Потому что настоящая сила — не в терроре с воздуха, а в способности договориться. А этого ни Израиль, ни его премьер-министры, включая последнего неудачника Нетаньяху так и не научились.
Израиль и иллюзия регионального господства
С момента своего основания в 1948 году Израиль демонстрировал впечатляющую способность выживать и укрепляться в условиях враждебного окружения. Опираясь на передовые военные технологии и неизменную поддержку Запада, особенно США, страна добилась значительного влияния на Ближнем Востоке. Однако мечта о региональном лидерстве остаётся недостижимой — и причина кроется не в недостатке силы, а в отсутствии легитимности, признания соседей и устойчивой стратегической концепции.
При бюджете в $27,5 млрд Израиль обладает одной из самых мощных армий в мире: ядерным арсеналом, высокотехнологичными системами ПРО, элитными спецподразделениями и кибервойсками. Его военные расходы на душу населения — одни из самых высоких в мире, а операции за рубежом, такие как ликвидация иранских ядерных учёных или атаки на объекты в Сирии, демонстрируют впечатляющие возможности.
Но военная мощь не преобразуется в политическое доминирование. Операция «Восстающий лев» в 2025 году — совместные с США удары по ядерным объектам Ирана — стала ярким примером этого парадокса. Несмотря на тактический успех (временное разрушение центрифуг в Натанзе и подземного завода в Фордо), стратегически операция обернулась провалом. Иран не только быстро восстановил повреждённые объекты, но и, как было заявлено в Тегеране, ускорил ядерную программу, доведя обогащение урана до 90%. В тоже время Тегеран нанёс эффективные ракетные удары по израильским базам и американской Аль-Удейд, расположенной в Катаре.
Встает вопрос — почему Израиль не может стать гегемоном? Причин много и можно указать только на несколько прямо бросающихся в глаза. Это так называемая демографическая бомба — арабское население внутри Израиля и на оккупированных территориях — сектор Газа и Западный берег продолжает расти, создавая долгосрочную угрозу еврейскому характеру государства. Палестинский вопрос остаётся открытой раной, подрывающей международную репутацию Израиля и заставляющую Арабский мир в этом вопросе сплотиться и твердо выступать на стороне палестинского народа. Достаточно почитать многочисленные выступления по этому поводу нынешнего лидера Арабского мира, наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда ибн Салмана Аль Сауда.
Другим немаловажным фактом является геополитическая изоляция Израиля и лично Нетаньяху. Даже нормализация отношений с ОАЭ и Бахрейном не изменила фундаментального расклада: Арабский мир в целом не готов признать Израиль легитимным лидером региона. Более того, такие державы, как Турция, Иран и Саудовская Аравия, видят в нём конкурента, а не партнёра. И сейчас идет ожесточенное противостояние между этими государствами и Израилем.
В тоже время у Израиля отсутствует объединяющая идея. В отличие от Ирана, продвигающего идею «шиитского сопротивления», или Турции, апеллирующей к наследию Османской империи, у Израиля нет общерегиональной повестки. Его политика сводится к безопасности и сдерживанию посредством силы, но не к созиданию.
Общеизвестно, что подлинная гегемония требует не только военного превосходства, но и добровольного признания. Однако Израиль остаётся «чужаком» в регионе — во многом из-за оккупации палестинских территорий, блокады Газы и поддержки США, которая воспринимается как зависимость от внешней силы. Даже технологическое чудо вроде «Железного купола» не меняет того факта, что страна уязвима перед массированными ракетными атаками. А зависимость от американской помощи (30% военного бюджета) делает её стратегию предсказуемой.
Пока Израиль тратит огромные ресурсы на силовое сдерживание, другие игроки в регионе укрепляют свои позиции. Например, Иран не только успешно восстанавливает свои ядерные объекты, но и продолжает расширять влияние через «Хезболлу», хуситов и проиранские группировки в Ираке. Турция разрабатывает технологию дронов, которые в огромном количестве у нее покупают многие страны мира, и экономические рычаги, чтобы стать ключевым посредником в конфликтах. Саудовская Аравия инвестирует сотни миллиардов в диверсификацию своей экономики, включая собственные ядерные амбиции. Благодаря этой политике Эр-Рияд с каждым годом становиться все более авторитетным в регионе и на мировой арене.
Тупик силы
Израильский подход «безопасность через превосходство» исчерпал себя. Операции вроде «Восстающий лев» лишь ускоряют гонку вооружений и консолидируют врагов. Без политического урегулирования с палестинцами и нормализации отношений с соседями Израиль обречен оставаться мощной крепостью, но не лидером региона.
Альтернатива? Переход от тактики устрашения к дипломатии. Создание региональных структур безопасности, где Израиль будет не оккупантом, а равным партнёром. Пока же мечта Нетаньяху о гегемонии остаётся утопией — потому что силу можно купить, но уважение — нет.
Израиль не станет гегемоном, так как для этого нужны не только военная мощь, но и легитимность, которой у него нет. Его безопасность зависит не от силы, а от политического урегулирования с соседями, включая палестинцев. Мировое сообщество должно осознать: вместо слепой поддержки Израиля нужны дипломатия и диалог. Только так можно разорвать порочный круг насилия и добиться прочного мира в регионе.
Виктор Михин, член-корреспондент РАЕН, эксперт по странам Ближнего Востока
