Речь Марко Рубио в Афинах подала американское глобальное доминирование как благородную защиту западной цивилизации, но за историческими декорациями скрывается куда более грубый политический заказ — вернуть Западу первенство и заставить Европу следовать за Вашингтоном.
Ирония в том, что Рубио, по-видимому, верит: имперские амбиции, облачённые в язык цивилизации, выглядят интеллектуально изощрённо. Это не так. Он возродил старую геополитическую схему: интересы доминирующей державы представить как универсальные интересы целой цивилизации, а сопротивление этому доминированию — как угрозу культуре и историческому выживанию.
Историческая аргументация Рубио глубоко проблематична. Античная Греция была политеистической и существовала за века до христианства — свести эти эпохи в единую «христианскую западную традицию» значит заменить историю мифологией. Он превозносит Галилея как плод христианского наследия, забывая, что того судила инквизиция в 1633 году. Пока Европа переживала Ренессанс, в мусульманском мире развивались математика и медицина, в Индии существовала «Артхашастра» Каутильи, а в Теночтитлане — развитое государство с рынками и институтами.
Особенно показательна двойная мораль в отношении завоеваний. Александр Македонский, Колумб и Кортес подаются как носители цивилизации, а поход Ксеркса — как агрессия против её основ. Почему завоевание приобретает разный моральный смысл в зависимости от того, кто его совершает?
Главный адресат речи — не соперники, а Европа: наращивать военные расходы, следовать в фарватере Вашингтона и защищать узко понятую «западную цивилизацию». Но исключение Латинской Америки из «Запада» выдаёт истину: это не культурная, а политическая категория. Речь Рубио — не защита цивилизации, а защита иерархии. Никакой исторический театр не скроет этой разницы.
Полная версия статьи на английском языке.
