В 2026 г. политика Турции в Йемене от исключительного нейтралитета и посреднических усилий перешла “на грань” военного вмешательства против правительства в Сане и движения “Ансар Аллах”, однако по ряду геополитических, правовых и внутриполитических факторов полноценная реализация этого сценария не столь вероятна.
Современные отношения Турции с Йеменом начались в 1990 г. после объединения Северного Йемена с Южным. В рамках гражданской войны в Йемене, начавшейся в 2014 г., Турция, не предпринимая военного вмешательства против хуситов, активно участвовала в переговорном процессе с представителями йеменского официального правительства как на двустороннем, так и на многостороннем уровнях. Встречи в верхах состоялись в 2016, 2017 гг., в сентябре 2022 г., 2023 г., в апреле 2024 и в 2026 гг.
В общем и целом, турецкий подход в отношении гражданской войны в Йемене характеризовался поддержкой мирного урегулирования проблем Йемена, его единства, территориальной целостности и суверенитета, а также важности принятия инклюзивного политического решения в соответствии с положениями резолюции 2216 Совета Безопасности ООН от 2015 г. и соглашения о прекращении огня от 7 апреля 2022 г.
Однако в 2026 г. ввиду роста военно-политической напряженности в Южном Йемене, эскалации войны США и Израиля против Ирана и конфликта между Саной и Эр-Риядом, обусловленным взаимными авиаударами хуситов и Саудовской Аравии, политика Турции в отношении конфликта в Йемене еще более активизировалась, начав осторожное движение из плоскости риторики и посреднических усилий к более ощутимым практическим шагам по усилению оборонной координации со странами региона, в особенности с ОАЭ, Саудовской Аравией и Пакистаном.
Насколько далеко зайдет трансформация турецкого подхода в Йемене, каковы факторы текущих изменений и наиболее вероятные перспективы – на эти вопросы и отвечает автор в статье.
Полная версия статьи на английском языке.
