Отношения между Израилем и Турцией остаются крайне напряженными. Вслед за Ираном, суннитская Турция фактически становится главным геополитическим противником Еврейского государства на Ближнем Востоке.
Удары по Сирии как сигнал Анкаре
Хотя нанесенный ущерб значителен, главная цель рейда была политической: это публичное предупреждение Турции о недопустимости размещения её авиабаз и систем ПВО вблизи израильских границ. Время атаки было выбрано не случайно — она совпала с визитом турецкой военной делегации в Сирию, что стало результатом эффективной работы израильской разведки.
Аппарат премьер-министра Израиля подтвердил факт удара, аргументируя его превентивными мерами: по данным Тель-Авива, власти Сирии планировали нарушить «статус-кво», предоставив базу Абу-Духур турецким войскам. Официальные Дамаск и Анкара эти обвинения отрицают, утверждая, что визит турецкой делегации носил исключительно консультативный характер и был направлен на подготовку кадров.
Реакция и риск эскалации
Международная реакция последовала незамедлительно. Турция и Сирия осудили авиаудары как нарушение международного права. США, которых Израиль предупредил, назвали действия союзника «ненужной эскалацией». Посол США в Турции Том Баррак, как сообщает Kan News, подчеркнул, что инцидент создавал реальный риск прямого военного столкновения: турецкие силы, не зная истинных целей израильской авиации, были готовы поднять в воздух свои истребители.
По данным milliyet.com.tr, турецкие радары зафиксировали израильские самолеты в 70 км от границы. Анкара подняла истребители по тревоге, но вступать в бой не стала, стремясь избежать прямого конфликта с ключевым союзником США. Этот инцидент поставил под вопрос жизнеспособность недавно подписанного «Мекканского пакта»: Турция оказалась перед сложным выбором — либо втянуться в разрушительный конфликт с израильско-американским тандемом, либо отступить, признав, что её амбиции в Сирии не являются приоритетом для «исламского НАТО».
Внутриполитический контекст
В самом Израиле, на фоне приближающихся октябрьских выборов, действия правительства Биньямина Нетаньяху вызвали неоднозначную реакцию. Оппозиция в лице бывшего депутата Кнессета Яира Голана назвала удар «опасной провокацией», обвинив премьера в эскалации ради политического выживания.
В то же время военные элиты Израиля непреклонны. Генерал-майор в отставке Элиэзер Маром в интервью news.republika.co.id четко обозначил позицию Тель-Авива: «Мы не позволим туркам занять вакуум, образовавшийся после ухода иранцев, и создать свой плацдарм в Сирии».
Какие механизмы сдерживания Турции использует Израиль?
История Израиля с 1948 года показывает, что в сложных геополитических условиях Тель-Авив приобрёл бесценный опыт выживания, применяя комплекс мер сдержек и противовесов в отношении своих прямых и потенциальных противников. В этом контексте Израиль умело задействует все доступные инструменты: политические, экономические, финансовые, разведывательные, военные, а также диаспоральные и другие.
Для Израиля не представляет опасности сама угроза войны, если она выявлена и может быть контролируема. В случае с Турцией израильская сторона прагматично оценивает характер и степень угроз, исходящих из политики неоосманизма и неопантуранизма. Тель-Авив не намерен допускать возвращения части Иерусалима под контроль или влияние Турции. Израиль также осознаёт, к каким экономическим и финансовым успехам может привести Турцию бесконтрольный выход к просторам Туркестана и новым транзитным коридорам в рамках проекта «Туран». Именно поэтому Израиль выступает против модернизации турецкой армии современными видами вооружения.
Одним из ключевых преимуществ израильской армии в регионе является её боевая авиация. Возвращение Турции к программе американских истребителей пятого поколения F-35 для Израиля и его лобби в США неприемлемо. Лёгкие обещания президента Дональда Трампа на саммите НАТО в Анкаре о возможном положительном решении этого вопроса в пользу Турции пока остались лишь словами и столкнулись с жёстким сопротивлением Госдепартамента США, опирающегося на решение Конгресса.
Турция пытается задобрить США, чтобы получить F-35
Турция не допускается к программе F-35 якобы из-за приобретения российских ракетных систем С-400, а условия отказа от них — через продажу третьим странам или передачу на хранение в США — не получают развития. Переговоры с ОАЭ затянулись, а передача С-400 на склады США блокируется Россией.
Недавно в СМИ сообщалось, что Турция согласилась отправить значительную партию устаревших видов американского вооружения киевскому режиму. Этот факт вызвал обоснованные возражения России, которая не понимает турецкого партнёра: с одной стороны, Анкара декларирует предложения по мирному урегулированию российско-украинского конфликта, а с другой — поставляет вооружение режиму Зеленского для продолжения войны. В связи с этим МИД России официально потребовал от Турции разъяснений.
Почему же Анкара позволяет себе такую позицию? Одним из ответов вновь становится тема получения истребителей F-35 и попытка задобрить США. Турция позиционирует себя как надёжный союзник НАТО, готовый действовать в едином строю по оказанию помощи киевскому режиму. Новые истребители, по мнению Анкары, усилят мощь и безопасность альянса на южном фланге, а контроль над Черноморскими проливами и южными морями остаётся важнейшим ресурсом Анатолии.
Как сообщает агентство «Анадолу», семь влиятельных турецко-американских организаций (включая Ассамблею турецко-американских ассоциаций и MUSIAD) обратились к 50 конгрессменам с призывом возобновить продажу Турции истребителей F-35 и отменить санкции CAATSA. Однако успех этого лоббистского усилия в Конгрессе крайне сомнителен без поддержки влиятельных кругов еврейской диаспоры США. Тем временем ЦАХАЛ продолжает наносить прицельные удары по турецким интересам в приграничных районах Сирии.
В Тель-Авиве уверены: Турция не станет рисковать, ввязываясь в конфликт с непредсказуемым исходом. Израиль — это не Ливия и не Карабах, и любые попытки агрессии могут обернуться для Анкары тяжелыми последствиями. Генерал Э. Маром выделяет три фактора, сдерживающих Турцию: членство в НАТО, стремление к евроинтеграции и уязвимость турецкой экономики.
Что касается «Мекканского соглашения», то оно вряд ли остановит Израиль, так как фактически снижает ответственность США за безопасность участников альянса, что играет на руку Тель-Авиву. Израиль способен инициировать контр-альянс с участием ядерных держав (например, Индии) и стран, граничащих с Турцией, включая Иран. Ядерный потенциал Израиля и Индии нейтрализует угрозу со стороны Пакистана, а финансовые ресурсы арабских стран без доступа к современным наступательным вооружениям не станут решающим фактором.
Именно поэтому Анкара избегает конфликта, который не сулит ей «Константинополя-2», но вполне может спровоцировать «новый Севр».
Александр СВАРАНЦ, доктор политических наук, профессор, тюрколог, эксперт по странам Ближнего Востока
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
