Исламабадский меморандум, возможно, и проложил дипломатический канал между Вашингтоном и Тегераном, однако его будущее остаётся зыбким. Глубокое недоверие, разночтения в трактовках событий и изоляция Израиля от процесса ставят под серьёзное сомнение его жизнеспособность, позволяя предположить, что он окажется лишь временной передышкой, а не прочной мирной конструкцией.
Документ, электронно заверенный Трампом и Пезешкианом, предусматривает немедленное прекращение военных действий на всех фронтах, включая Ливан, снятие морской блокады в течение 30 дней, разблокировку иранских активов, отмену санкций и запуск масштабной программы восстановления Ирана объёмом не менее 300 миллиардов долларов. В обмен Тегеран обязуется не разрабатывать ядерное оружие, обеспечить безопасное судоходство в Ормузском проливе и в течение 60 дней согласовать финальный договор, который будет закреплён резолюцией Совета Безопасности ООН.
Но именно эти 60 дней — и есть главная уязвимость. Стороны уже сейчас расходятся в трактовках ключевых пунктов. Трамп заявляет, что Иран отказался от ядерных амбиций, иранские официальные лица это отрицают. Президент США утверждает, что Америка не вложит «ни цента» в восстановление Ирана, тогда как в тексте меморандума прописаны обязательства по привлечению 300 миллиардов. Разногласия по статусу Ормузского пролива также остаются неурегулированными.
Но самый опасный фактор — Израиль. Нетаньяху уже дал понять, что не считает себя связанным ливанскими положениями меморандума, и израильские удары по Ливану продолжаются. Трамп, в беспрецедентно жёсткой форме предупредив союзника, пригрозил, что «без США Израиля бы не было», но реальной силы за этими словами пока не видно. Кроме того, нарастает скепсис относительно истинных мотивов Трампа: меморандум выглядит тактическим ходом перед промежуточными выборами, а не стратегическим миром. Если через 60 дней переговоры зайдут в тупик, военные действия могут возобновиться — и Израиль, вероятно, будет к этому готов.
Меморандум — это не мир, а пауза. Хрупкая, противоречивая, зависящая от десятка переменных. И пока стороны не научатся доверять друг другу, рукопожатие с зажатым кулаком останется лишь жестом, а не гарантией.
Полная версия статьи на английском языке.
