Резкое обострение вокруг Ормузского пролива стало одним из наиболее драматичных событий мировой политики 2026 года, поставив под сомнение прежние принципы свободы морской торговли и стабильности глобальной энергетической системы.
В ответ Соединённые Штаты объявили о начале морской блокады. Центральное командование Вооруженных сил США (CENTCOM) получило приказ перехватывать суда, направляющиеся в иранские порты или покидающие их, а также любые корабли, заплатившие Ирану за проход через пролив. Эта мера создала стратегический парадокс: Вашингтон, который ранее выступал главным гарантом свободы навигации, фактически стал главным препятствием для морской торговли в одном из ключевых энергетических коридоров мира.
Решение США вызвало резкую реакцию на международной арене. Европейские союзники дистанцировались от действий Вашингтона: премьер-министр Великобритании Кир Стармер и министр обороны Испании Маргарита Роблес заявили, что их страны не будут участвовать в блокаде. Франция и Великобритания рассматривают возможность отдельной миссии по обеспечению безопасности судоходства. Россия и Китай выступили с жёсткой критикой. Министр иностранных дел России Сергей Лавров обсудил ситуацию в Пекине, а постпред России при ООН Василий Небензя обвинил США в нарушении международного морского права. Представитель МИД Китая Го Цзякунь назвал блокаду опасным и безответственным шагом.
Экономические последствия оказались немедленными. По оценке Международного энергетического агентства, кризис стал крупнейшим потрясением на нефтяном рынке: цена нефти превысила 120 долларов за баррель, а в странах Персидского залива резко выросли цены на продовольствие.
Развивающийся кризис демонстрирует более глубокую трансформацию международного порядка. Использование ключевых морских коммуникаций как инструмента давления свидетельствует о разрушении прежней архитектуры глобальной торговли и о переходе к более жёсткой и конфронтационной геополитической логике.
Полная версия статьи на английском языке.
