Новым главой генерального штаба вооруженных сил Турции станет командующий сухопутными войсками Сельчук Байрактароглу. Утвержденный президентом Турции указ вступает в силу с 30 августа.
Военный фактор в жёстком внешнем контроле турецкого режима
И если главой министерства обороны в странах НАТО нередко назначают политического деятеля от партии власти, то в Генштаб выдвигают кадрового военного, прошедшего все этапы военной карьеры и способного к стратегическому управлению войсками в координации с членами военного альянса.
Вступление Турции в состав НАТО в феврале 1952 г. Анкаре стоило немалых стараний при поддержке Великобритании с учётом её непоследовательной позиции в годы Второй мировой войны. Выгодная в военно-стратегическом отношении география Турции (выход к морям, контроль Черноморских проливов и пограничное соседство с СССР, Болгарией и Румынией) сыграли ключевую роль в положительном решении НАТО.
Вместе с тем, над военным ведомством и органом внешней разведки Турции со стороны США был установлен жёсткий контроль. Министерство обороны и Генштаб Турции, получая военно-техническую и военно-политическую поддержку США, согласовывали свою кадровую политику с главным союзником (включая и выдвижение руководителей).
Армия, согласно Ататюрку, и есть гарант республиканского режима Турции. Армия же, зависящая от внешнего союзника (в данном случае США), вынуждена была учитывать мнение Вашингтона по кандидатам на пост министра обороны и начальника Генштаба. Это позволяло США контролировать правящий режим Турции, не допуская перехода «красных линий».
Во второй половине ХХ в. Турция в ситуации острого внутриполитического кризиса пережила четыре госпереворота с участием руководства Генштаба. В частности, 27 мая 1960 г. – свержение правительства Аднана Мендереса и приход к власти генерала Джемаля Гюрселя; 12 марта 1971 г. – смещение премьер-министра Сулеймана Демиреля при участии начальника Генштаба Мемдуха Таджмача; 12 сентября 1980 г. – отставка правительства Сулеймана Демиреля и Бюлента Эджавита с передачей власти генералу Кенану Эврену; 28 февраля 1997 г. – «бархатная» смена премьера-министра исламиста Неджметтина Эрбакана группой генералов (Исмаил Карадайи, Теоман Коман, Чевик Бир, Четин Доган) на лояльного военным Месута Йылмаза.
Бывший заместитель главы MIT Джеват Унеш как-то отмечал, что при каждом военном перевороте орган внешней разведки Турции брал на себя набор задач и приоритетов.
С распадом СССР турецкий лидер Тургут Озал провозгласил ХХI в. «золотым веком» турок в надежде на общетюркскую интеграцию и возрождение былой имперской мощи Турции. Для укрепления политической самостоятельности президент Озал попытался ослабить жёсткий контроль турецкого режима со стороны США, и стал выдвигать лояльных к нему лиц в силовые ведомства (в частности, кадрового дипломата – бывшего посла во Франции Сёнмеза Кёксала в руководство внешней разведки МИТ). Однако Озал не успел довести до конца кадровую реформу и в апреле 1993 г скоропостижно скончался от внезапного сердечного приступа.
Решительно поменять кадровую ситуацию в силовом блоке удалось Реджепу Эрдогану, дабы руководители отличались лояльностью к лидеру Турции, а не внешним игрокам. Активный перелом начался после провала очередной попытки ЦРУ по организации госпереворота в июле 2016 г. с намерением физического отстранения от власти самого Эрдогана. Во многом успех Эрдогана в те дни был связан с заблаговременным информированием об угрозе со стороны Москвы по данным СВР России.
Сохранив власть, президент Эрдоган провёл жесткие чистки (репрессии) среди военных и выдвинул в руководство политически лояльных к нему сил под контролем тогдашнего главы MIT Хакана Фидана, в чьём ведомстве доля военных резко сократилось от 35% в начале 1990-х гг. до 4,5% в начале 2020-х гг. Дуэт глав министерства обороны и Генштаба Хулуси Акара и Яшара Гюлера стал демонстрацией самостоятельной кадровой политики военного ведомства Реджепа Эрдогана.
Конечно же, кадровая военная политика не могла быть успешной, если бы Турция по-прежнему оставалась полностью зависима от военно-технических поставок НАТО. Провозгласив независимую и гибкую внешнеэкономическую политику с Россией и Китаем, активизировав развитие национального ВПК, а также реализовав через Турцию важные транзитные энергетические коммуникации для вывоза азербайджанской нефти и газа на мировые (прежде всего, европейский) рынки Эрдоган получил автономию в решении ключевых кадровых вопросов.
Эрдоган назначил нового главу Генштаба и оставил вопросы для министра обороны
В августе Р. Эрдоган на заседании Высшего военного совета неожиданно для военного руководства сменил начальника Генштаба, отправив опытного генерала Метина Гюрака в отставку и заменив его на генерала Сельчука Байрактароглу. Парламент Турции незадолго до этого решения одобрил поправку о продлении службы генералам до 72 лет, что позволяло Гюраку сохранить за собой высокую должность. Но, увы.
Турецкий эксперт Мурат Йеткин не особо связывает отставку генерала М. Гюрака со скандалом, связанным с увольнением курсантов, заявивших о верности Ататюрку, либо гибелью 12 солдат в Ираке. Многие из команды экс-главы Генштаба отправлены на периферию (Карс и Хаккари). В то же время назначение С. Байрактароглу начальником Генштаба без опыта командования армией, но с активным участием в масштабных кадровых чистках после попытки переворота 2016 г. говорит о его лояльности к Эрдогану, тесной связке с бывшим и нынешним главами минобороны Хулуси Акаром и Яшаром Гюлером. Соответственно, Байрактароглу не исключает очередной карьерный рост до министра обороны.
М. Йеткин выделяет в качестве вероятного конкурента Байрактароглу действующего командующего ВМС Эрджюмента Татлыоглу, которому уже дважды продлевали срок службы. Турецкая история показывает, что адмиралов реже выдвигают на пост министра обороны и главы Генштаба. Между тем, и генерал Байрактароглу и адмирал Татлыоглу отличились давлением на дисциплинарную комиссию по делу увольнения курсантов, выступивших за верность Ататюрку (читай его политической наследнице –оппозиционной Народно-республиканской партии). Со сменой режима после Эрдогана данные кандидатуры могут оказаться в опале, нежели в кресле военного министра нового правительства.
При всех случаях министром обороны Турции может стать политически лояльный к режиму генерал, независимо от его боевой выслуги. Однако оставлять начальником Генштаба турецкой армии недостаточно профессионального военного опрометчиво. Тем более Турция, согласно данным экс-посла Израиля в Белоруссии Йосифа Шагала, рассматривает в числе своих главных военных противников Израиль и Иран. Иными словами, если противник имеет серьёзную боевую выучку, то доверять собственный Генштаб дворцовому интригану не по-турецки.
Между тем, в том же августе Реджеп Эрдоган повысил в воинском звании героя второй карабахской войны – главного военного советника министра обороны Азербайджана генерала Бахтияра Эрсая, присвоив последнему высшее звание генерал-армии. Эрсай боевой офицер, отличился в подразделениях «коммандос» против курдских повстанцев, верностью политическому руководству, умелым командованием войск в ходе второй карабахской войны 2020 г. на стороне союзника Азербайджана. Спустя несколько дней после присвоения высокого звания Эрдоган отозвал генерала Эрсая из Баку и назначил его командующим 1-й полевой армией Сухопутных войск в Стамбул.
Очевидно данное выдвижение боевого генерала Эрсая не последнее. Эрдоган скорее видит в нём будущего начальника Генштаба, способного обеспечить повышение боевой подготовки личного состава и решение военных задач на всех приоритетных направлениях.
Александр СВАРАНЦ – доктор политических наук, профессор, тюрколог, эксперт по странам Ближнего Востока
Следите за появлением новых статей в Telegram канале
