В ноябре 2026 года в Западной Азии обострились три независимые линии фронта. Участившиеся удары хуситов по Саудовской Аравии, растущая уязвимость Баб-эль-Мандебского пролива и новое оборонное соглашение между Дамаском и Эр-Риядом создают риск перерастания локальных конфликтов в масштабное региональное противостояние.

В сентябре 2026 года хуситы захватили йеменский порт Моха и продвинулись к Баб-эль-Мандебскому проливу, установив контроль над островом Перим и архипелагами Большой и Малый Ханиш. Характер угрозы изменился с «дистанционного» (ракеты из глубины страны) на «ближнее удержание». Учитывая, что Саудовская Аравия все больше полагается на красноморский экспортный маршрут из-за напряженности в Ормузском проливе, нестабильность в Баб-эль-Мандебе наносит удар по обоим экспортным коридорам одновременно.
Текущая ситуация характеризуется пересечением трех векторов: хуситы повышают ставки, используя географические рычаги и удары по инфраструктуре, Саудовская Аравия ищет региональную поддержку в лице новых партнеров, а размытость статуса сирийских военных (советники или боевые единицы) создает риск случайного втягивания сторон в многостороннюю войну. Нестабильность страховых ставок, безопасность нефтепровода «Восток — Запад» и динамика оборонных альянсов в ноябре 2026 года находятся в тесной взаимосвязи, создавая состояние «между войной и миром», которое крайне трудно прогнозировать.
Реальность ноября 2026 года такова: ни одна из сторон не объявила о переходе к полномасштабной войне, но каждый участник готовит почву для худшего сценария. Именно это состояние «между войной и миром» и является наиболее трудным для прогнозирования и наиболее дорогостоящим по цене ошибок.
Полная версия статьи на английском языке.
