Русский генерал, который проложил путь «Стюдерам» сквозь грязь войны, поглотившей всё его поколение, крепко обнял незнакомца-американца, потому что тот понял по-русски, что было потеряно и что было разделено.
Макговерн прочитал душераздирающее антивоенное стихотворение Некрасова на русском и английском языках. Когда он отошёл от трибуны, к нему подошёл высокий русский генерал, облачённый в медали.
Генерал не говорил по-английски. Но он взял Макговерна за плечи и произнёс единственное слово из своего лексикона, которое соединило два мира: «Студебейкер! Студебейкер!» А затем последовало русское медвежье объятие.
От кузницы до крупнейшего в мире производителя повозок
История Studebaker начинается, как и лучшие американские истории, почти с нуля. В 1852 году братья Клемент и Генри Студебейкеры открыли кузницу в Саут-Бенде, штат Индиана.
Их стартовый капитал составлял 68 долларов и две кузницы. То, чем они обладали в избытке, было тем, что за деньги нелегко произвести: готовность строить вещи своими руками, лучше, чем кто-либо другой, и нести ответственность за свою работу. Они строили повозки. Затем тысячи повозок.
К 1870-м годам Studebaker был крупнейшим в мире производителем повозок и карет, выпуская десятки тысяч транспортных средств в год и поставив более 100 000 повозок армии Союза во время Гражданской войны.
Они помогли обеспечить снаряжением молодую нацию, которая буквально строила себя на неосвоенном континенте, совершая масштабную миграцию на запад. Как писал историк Томас Бонсалл о развитии Studebaker, это была «в микрокосме история промышленного развития самой Америки». Это был капитализм материального созидания.
Компании строили вещи, они были центрами для сообществ, они инвестировали в оборудование и опыт, и их процветание зависело от того, что они производили. Компания Studebaker в Саут-Бенде не существовала изолированно, а была вплетена в ткань американского индустриального общества, от доменных печей Питтсбурга и конвейерных линий Детройта до верфей Балтимора. Оглядываясь назад, поразительно, насколько все это было полностью разобрано. И, что особенно важно, с появлением автомобиля Studebaker не уступил позиции на рынке; он их перестроил.
В 1902 году компания выпустила свой первый электромобиль, а два года спустя — первую модель с бензиновым двигателем. К 1920-м годам по совокупным активам она уступала только Ford и General Motors, что было необычайным достижением для семейной фирмы из Индианы, которая начинала с ковки железа. Стратегия компании была проста и последовательна: производить долговечные, качественные автомобили по конкурентоспособным ценам, инвестировать в таланты и относиться к продукту с уважением. Эта стратегия определила её золотые годы и, по горькой иронии, сделала её последующую гибель от рук финансовых махинаций ещё более поучительной.
Рэймонд Лоуи и брак стали и красоты
1930-е годы означали почти полное разорение, банкротство в 1933 году, Великую депрессию и сокращение расходов. Но Studebaker выжил, реорганизовался и сделал то, что отличало его от большинства выживших: он нанял гения. Начиная с 1936 года, компания Studebaker наняла французского промышленного дизайнера Раймонда Лоуи, чье влияние на компанию привело к созданию одних из самых знаковых автомобильных дизайнов в американской истории. Во время Второй мировой войны правительство ограничивало разработку гражданских автомобилей для Ford, General Motors и Chrysler.
Поскольку фирма Лоуи была независимой, на Studebaker таких ограничений не распространялось, что позволило ей выпустить первый совершенно новый послевоенный автомобиль в 1947 году, на два года раньше «Большой тройки».
Купе Starliner 1953 года, названное автомобильными историками одним из самых красивых автомобилей, когда-либо созданных в Америке, отличалось низкой посадкой, аэродинамикой и почти невероятной элегантностью для той эпохи. Работа Лоуи привнесла в дизайн элементы авиационной техники и аэродинамические принципы, которые стали стандартом во всей автомобильной промышленности, оказав влияние на дизайнеров от BMW до Jaguar и Rolls-Royce.
Его последняя совместная работа со Studebaker, Avanti, настолько опередила своё время, что стала единственным современным американским автомобилем, постоянно экспонируемым в Смитсоновском институте. Это была американская компания, производящая предметы подлинной красоты, инженерных амбиций и долговечной функциональности, компания, которая относилась к своей продукции как к достойной серьёзного внимания.
Трагедия того, что последовало за этим, не просто экономическая. Она цивилизационная.
Когда завод в Индиане вооружил Красную Армию
Но до трагедии…
Полная версия статьи на английском языке.
