В отличие от бежавшей от отрядов ИГ иракской армии, состоящей из шиитов, обученной инструкторами из США и оснащенной американским оружием, отряды «Пешмерги» Иракского Курдистана не только сдержали натиск ИГИЛ, в том числе предотвратив захват крупнейшего месторождения нефти под Киркуком, но затем и помогли иракской армии освободить ряд занятых террористами районов, включая стратегически важный город Синджар. В Сирии на протяжении нескольких месяцев 2015 года курды удерживали в своих руках важный город Кобани на границе с Турцией, хотя боевики ИГ смогли прорваться на его окраины. Более того, несмотря на пассивную позицию Турции в тот решающий момент, когда нужна была хоть какая-то внешняя помощь, а также фактическое бездействие американской авиации, курды перешли в наступление и развернули свое продвижение на Хасеке и Ракку – столицу «Халифата».
Учитывая особую роль курдов в противодействии ИГ, а также исходя из глубоких исторических корней курдского вопроса, сейчас вновь остро встал вопрос о том, в какой форме курды смогут реализовать свои законные права. Ведь до сих пор только правительство С. Хусейна предоставило им в свое время автономию, создав КАР (Курдский автономный район) со столицей в Эрбиле, а затем и Б. Асад предоставил сирийским курдам автономное самоуправление в местах их компактного проживания. Турция и Иран эти права игнорируют, хотя Тегеран предпочитает, в отличие от Анкары, не прибегать к репрессиям и военной силе против своих курдов. Но в любом случае во всех четырёх государствах компактного проживания курдов «курдский вопрос» остаётся самой актуальной нерешенной внутриполитическ
А ведь формально независимое курдское государство было: Курдистан в качестве независимого государства после Севрского договора был признан международным сообществом 10 августа 1920 года, в границах, установленных мировым Арбитражным судом. Кроме того, в 1920-е на территории Турецкого Курдистана три года существовала самопровозглашён
Однако сегодня курдское государственное образование реально существует только на территории Иракского Курдистана, и де-факто с 1992 года оно функционирует вне иракского государства, не имея только своего внешнеполитическ
Ставка на американцев в период их оккупации Ирака с 2003 по 2011 год не оправдалась: курды вернулись в прежнюю ситуацию, когда договариваться надо с Багдадом, где у власти оказалось правительство шиитов, причем при ведущей роли партии «Даава», решительно настроенной на доминирование в стране. Ситуация окончательно обострилась при правительстве Нури эль-Малики, быстро зайдя в тупик. Казалось, что вот-вот это приведет к новому витку столкновений курдов с центральной властью. Но разразился очередной кризис: в июне 2014 года случился «феномен» ИГИЛ.
Сначала курды оттянули силы террористов от Багдада в Ираке. Роль курдов в отражении наступления ИГ в Сирии сыграла важную роль в том, что Б. Асад смог выстоять. На фоне подъема курдского самосознания в Турции активизировались ячейки загнанной репрессиями в подполье Рабочей партии Курдистана (РПК) – которая является во многом ведущей и самой многочисленной политической организацией всех курдов, независимо от их клановой принадлежности, как в Ираке, где доминируют в остром соперничестве две силы – ДПК на основе клана Барзани и коалиция сил ПСК, созданная в свое время Талабани.
Курды в силу особенностей своего анклавного положения вынуждены искать себе союзников из числа стран, которые могли бы обеспечить им как выход на мировые рынки (поставки нефти, от которых Курдистан полностью зависит экономически; в этом плане они крайне зависимы от Анкары), так и получение военной и экономической помощи из-за рубежа, поскольку основная стратегия противников курдов – это их изоляция. Реально прорвать эту изоляцию без согласия соседей курдов могут только США и Россия, но Москва склонна пока иметь дело с центральными властями, а Вашингтон не готов испортить отношения с Турцией и суннитскими монархиями Аравии, выступающими жестко против обеспечения прав этноконфессиональных меньшинств в арабском мире.
Поэтому несмотря на то, что курды непосредственно вступили в войну с ИГ, они так и не стали признанной стороной конфликта, а рассматриваются на уровне партизан, сопротивляющихся агрессору, в условиях, когда правительственна
Но здесь проблема состоит в том, что самостоятельно курды не могут защитить свои земли, потому что ни в той, ни в другой части Курдистана они пока не могут без внешней помощи выдержать реальной войны с противником, обладающим современным оружием, прежде всего авиацией и танками. И Анкара сейчас активно использует свою армию, самолеты, танки и артиллерию для уничтожения членов РПК не только на своей территории, но и в Сирии и Ираке, зачастую убивая и местных курдов.
В этой ситуации, а также учитывая, что после атаки на российский СУ-24 Турция фактически признала свой союз с ИГ, причем как в плане экономическом (контрабанда нефти), так и военном (оказание помощи боевикам оружием, инструкторами и силами спецназа), необходимо принять все шаги для обеспечения защиты курдов от Анкары и ИГ. И сделать это можно только путем создания независимого Курдистана, сначала в составе КАР и курдских районов Юго-Восточной Анатолии. Для начала вопрос можно вынести на рассмотрение ООН, учитывая, что в Уставе мирового сообщества зафиксирован принцип права всех наций на самоопределение. И если его смогли реализовать народы, населяющие маленькие острова Полинезии, а сейчас пытается реализовать при поддержке почти всех государств-членов ООН 4-миллионный палестинский народ, то уж 40 млн курдов точно имеют такое же право.
Другое дело – как это сделать практически. На первом плане, видимо, нужно обеспечить проведение референдума среди курдов Турции относительно создания широкой автономии в рамках турецкого государства. После ее укрепления и создания властных структур с их атрибутами провести голосование об объединении КАР и курдской автономии в Турции в единое государство. Естественно, обе эти стадии движения к независимости осуществлять под международным контролем и в присутствии наблюдателей ООН и других международных организаций. А вопрос границ решать на основе имеющихся карт еще времен Османской империи, а если потребуется, с привлечением Международного арбитража.
С территорией площадью до 300 тыс. кв.км и при населении до 28 млн чел. это государство будет вполне жизнеспособным. Более того, оно будет окружено с запада и востока курдскими регионами Сирии и Ирана, судьбу которых можно будет определить позднее, учитывая, что ни Дамаск, ни Тегеран не применяли методы террора и силового уничтожения против своих курдов. Более того, независимый Курдистан – это фактор стабильности в регионе. Его существование позволит отрезать агрессивную Турцию Эрдогана от арабских стран, с территории которых с помощью ИГ, да и до его существования, Анкара осуществляет контрабанду нефти, доходы от которой идут на финансирование как терроризма, так и на другие сомнительные цели. Это будет выгодно для многих стран – появится реальный рычаг воздействия как на Турцию, так и на Иран, который не всегда учитывает интересы других государств в регионе, а также зачастую разжигает конфликты между шиитским меньшинством арабских стран с их суннитским большинством.
Одна из проблемных сторон создания курдского государства — его международное признание. Например, на Кипре 50 лет тому назад было создано государство под названием «Турецкая Республика Северного Кипра» (ТРСК). Однако оно по-прежнему никем не признано, и сегодня в ТРСК нет посла ни одного государства, кроме Турции. Но это несколько другой случай, связанный с турецкой оккупацией этой части Кипра. Скорее всего, западные государства, прежде всего США, сначала воздержатся от голосования в этом вопросе, но в среднесрочной перспективе Запад признает Курдистан. Во-первых, соглашение, к которому пришли западные страны в XIX веке по вопросу независимости Греции, фактически существует и в отношении курдов (в Севрском договоре 1920 года предусматривалос
Но сейчас решающее слово должна сказать Россия как страна, единственная из мировых держав, начавшая реальную войну против терроризма на Ближнем Востоке. Россия спасла от грузинской агрессии Абхазию и Южную Осетию, признав их независимость и оказав им военную помощь. Москва не отдала на растерзание украинским радикалам-национ
Виктор Титов, кандидат исторических наук, политический обозреватель по Ближнему Востоку, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».