Казахстан на сегодняшний день является одним из крупнейших производителей нефти в мире. В 1899 году на первом разрабатываемом в Казахстане месторождении Карашунгул был получен первый нефтяной фонтан, с которого и началась история казахстанской нефти. За эти годы в республике разработаны и разведаны десятки месторождений, построены километры трубопроводов. Пик добычи нефти пришелся на годы независимости республики. Но при этом Казахстан де-факто потерял контроль над большей частью своих углеводородов, а «вторым Кувейтом» так и не стал. Казахстанские ученые посчитали, что доля государства в общем объеме добычи нефтегазового сырья составляет всего около 27%. Оставшаяся часть добытой нефти принадлежит иностранным компаниям и ими же экспортируется. Лидирует среди «иностранцев» Китай. У китайских компаний под контролем уже более 40% казахстанской нефти, а в дальнейшем составит половину годовой добычи. Его доля в нефтегазовом секторе Казахстана составляет 40%. Нефть в Китай поставляется по нефтепроводу «Атасу-Алашанькоу» с месторождений Центрального Казахстана. Но также рассматривается возможность поставок нефти из западных регионов страны, для чего в Атасу построена сливная эстакада для приема нефти с железнодорожных цистерн и дальнейшей ее перевалки в трубопровод «Атасу-Алашанькоу». Как заметил министр нефти и газа Узакбай Карабалин, трубопровод Атасу-Алашанькоу в ближайшее время должен заработать на полную мощность и прокачивать 20 млн тонн нефти. «У нас программа есть в течение двух лет усиливать это направление, чтобы полностью 20 млн тонн мы могли прокачивать в сторону Китая», – сказал Карабалин.
Однако самым мощным из существующих нефтепроводов – нефтепровод Каспийского трубопроводного консорциума (КТК). Его пропускная способность – свыше 30 млн. т нефти в год. Труба соединяет западноказахстанские месторождения, в том числе и крупнейшее из них – Тенгиз, с российским портом Новороссийск. Вот его то и надо будет заменить на маршруты в обход России с выходом к Черному морю, Персидскому заливу и Аравийскому морю.
«Одним из вариантов может быть маршрут через Каспийское море – в Азербайджан, в Грузию – на Черное море в порт Батуми, с его возможностями, мощностями. Помним и об Иране. Если санкции в отношении Ирана будут отменены, то у нас есть отработанный путь экспорта – в свое время мы переваливали нефть из Актау в иранский порт Нека», – пояснил Карабалин. Он также напомнил, что важным для Казахстана остается и китайское направление экспорта нефти. «Кроме того, мы знаем, что в южном направлении Узбекистан и Туркменистан нуждаются в нефти. Это направление также надо отрабатывать. В том числе и поставками нефтепродуктов», – сказал Карабалин.
Итак, маршрут по Каспию в Азербайджан. Но проблема заключается в том, что от порта Актау в порт Баку нефть придется транспортировать танкерами. А значит и транспортные расходы на доставку нефти будут выше. Строительство трубопровода по дну Каспия, который бы соединил два порта, не представляется возможным. Во-первых, тектоническая структура Каспия очень сложная, поэтому строить по дну моря трубопровод опасно и дорого. Во-вторых, Каспий – зона интересов пяти государств, которые до сих пор не могут прийти к согласию по многим вопросам, в том числе и по статусу водоема. Соглашение о разграничении морского дна, как известно, подписали пока три государства – Россия, Казахстан и Азербайджан. Они разделили 64% дна, причем Казахстан получил 27%, Россия – 19%, а Азербайджан – 18%. Ирану предлагается доля в 14%, но Тегеран претендует на 20% и настаивает на переносе границы на 80 км севернее от линии, по которой, прежде проходила ирано-советская морская граница.
Впрочем, по словам главы азербайджанского Центра нефтяных исследований Ильхама Шабана, у Азербайджана имеются возможности принимать казахстанскую нефть без ограничений. Причем маршруты экспорта казахстанской нефти могут быть различными – по трубопроводу «Баку-Тбилиси-Джейхан» (БТД), через грузинский терминал Кулеви и через порт Батуми. «Пропускная способность БТД – 60 млн. тонн нефти в год, тогда как его загруженность в настоящее время составляет всего лишь 32,7 млн. тонн нефти. Пропускная способность Кулеви – 10 млн. тонн нефти. Если этого будет Астане недостаточно, то мощность можно нарастить за счет азербайджанского трубопровода Баку-Супса и каспийской флотилии. Азербайджан обладает самой крупной флотилией – каждый танкер вмещает до 100 тысяч баррелей», – добавил эксперт.
Однако для перевалки большой нефти всех этих мощностей будет недостаточно, считают в Астане. Согласно прогнозам Казахстан намеревается в ближайшие 5–10 лет увеличить объемы производства нефти до 100 млн. тонн за счет ввода в эксплуатацию Кашаганского месторождения. Это самое большое месторождение углеводородов, открытое за последние тридцать лет, и крупнейшее морское месторождение в мире. Поэтому обсуждается новый проект – «Казахстанская Каспийская система транспортировки» (ККСТ), который подразумевает строительство нефтепровода «Ескене-Курык» и создание Транскаспийской системы (Курык-Баку) с выходом на Грузию и далее в Турцию. Пропускная мощность на этом направлении составит до 60 млн. баррелей в год.
«Удивляться нечему. Казахстан для этого и строил резервные газопроводы в Китай, налаживал связь по Каспию, чтобы иметь страховку от определенных форс-мажоров. В ценовом отношении Казахстан не выигрывал ни с Китаем, ни по БТД. С точки зрения экономической целесообразности – это разумная политика. Но хочу отметить, что, скорее всего, никаких особенных ситуаций на поставку российской нефти и какой-либо другой идущей по российским трубопроводам не будет. Поэтому в Астане зря опасаются, а заявление могли сделать, чтобы выбить из Москвы дополнительные преференции экономического характера», – считает эксперт Российского института стратегических исследований Аждар Куртов. По его мнению, это предварительное заявление казахстанского министра, «укладывающееся в рамки их многовекторной политики». «Поскольку Астана сделала политическое заявление по российской позиции в отношении Украины, то им надо было уравновесить это другим шагом. Вот они и уравновешивают», – сказал Куртов. Полноценное функционирование транскаспийской системы выгодно Казахстану в целях диверсификации поставки нефти и снижения зависимости от России в вопросах экспорта своей нефти.
Как считает политолог, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» (Алма-Ата) Андрей Чеботарев, «Если бы США и ЕС были принципиальны в санкциях относительно России, то они, наверняка, стали бы воздействовать на Chevron, ExxonMobil, Shell, Eni и British Gas, чьи «дочки» участвуют в КТК, чтобы те поддержали данные санкции вплоть до выхода из консорциума. Однако это уже сильно заденет экономические интересы как данных компаний, так и Казахстана. А с последним, как уже отмечалось, Западу ссориться не с руки». По мнению политолога, с учетом всего этого следует ожидать, что Вашингтон и Брюссель сами сделают все так, чтобы их санкции в отношении Москвы не повредили каким-то образом Астане. Так что последней не придется из-за этого еще больше, чем уже есть сейчас, сближаться с Пекином. Другое дело, что на фоне возрастающей активности России на постсоветском пространстве роль Китая не просто в качестве соседа и партнера, а баланса по отношению к ней, может для Казахстана усилиться. Главное только, чтобы соответствующие внешнеполитические лавирования были продуманными и эффективными.
Виктория Панфилова, обозреватель «Независимой газеты», специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».