22.09.2012 Автор: Виталий Билан

М. Мурси и новое египетское «окно в Европу»

Фото: The Council of the European Union

Европейские «смотрины»

После региональных визитов в Саудовскую Аравию и Иран, а также азиатского турне в Китай, новый египетский лидер М. Мурси, наконец, добрался и до Запада. Показательно, что первый визит в западном направлении им был совершен не в США, а в Европу. Еще более интересен выбор маршрута.

13-15 сентября М. Мурси посетил Брюссель, где встретился со всем евробюрократическим «бомондом» (Х. Ван Ромпеем, Ж. Баррозу, К. Эштон), а также Рим. Примечательно, что во время первого европейского турне египетского лидера в стороне остались две «ключевые» столицы Евросоюза — Париж и Берлин.

Впрочем, игнорирование французской столицы можно как-то объяснить визитом в Каир главы внешнеполитического ведомства Франции Л. Фабиуса 17-18 сентября. Иначе было бы очень странно, ведь в последние годы французский вектор был превалирующим в европейской политике АРЕ. В этом виделись две главные мотивации со стороны официального Каира.

Во-первых, дружба с Парижем была необходима для «внешнеполитического торга» с Вашингтоном и Москвой (в первую очередь, в сфере военно-технического сотрудничества), Берлином (в вопросе финансовой и технической помощи по обустройству египетско-палестинской границы), а также Эр-Риядом (относительно имиджа «ключевой региональной страны» и «главного миротворца» на Ближнем Востоке).

К тому же режим Х. Мубарака долгое время использовал Париж для «внутреннего пользования» — сохранения властных позиций внутри страны путем усиления собственной дипломатической активности.

В то же время Египет является традиционно «ключевым» государством французской ближневосточной политики. Это связано, в первую очередь, с желанием Франции играть ведущую роль в регионе. Посему и неудивительно, что АРЕ находится на третьем месте по масштабам всех французских инвестиций в мире.

Также выглядит несколько странным непосещение новым египетским лидером Берлина, т.к., согласно опросам общественного мнения, на сегодня доверие к ФРГ среди стран Евросоюза является самым высоким. К тому же Германия может оказать Каиру реальную финансовую и техническую помощь в обустройстве египетско-палестинской границы или т.н. «филадельфийского коридора» в районе КПП «Рафах».

Но по всему видно, все еще впереди. Просто сейчас для Египта проблема контроля его границы с сектором Газа не актуальна — есть вопросы и поважнее. Скажем, плачевное социально-экономическое положение в стране и связанная с этим проблема нелегальной миграции на европейский континент. Возможно, именно поэтому М. Мурси пока отдал приоритет именно посещению столицы Италии.

Все дороги ведут в Рим?

Итальянское направление всегда играло особую роль в европейской политике АРЕ. И не удивительно, что визит в египетскую столицу министра иностранных дел Италии Франко Фраттини, состоявшийся 22 февраля прошлого года одновременно с посещением Каира К. Эштон, стал первым визитом главы внешнеполитического ведомства европейского государства в «постреволюционный» Египет.

Следует отметить, что для Италии, помимо усиления своего внешнеполитического влияния на ближневосточном направлении, египетский вектор с каждым годом становится все более важным в силу целого ряда иных причин.

Во-первых, это противодействие нелегальным миграционным потокам из Африки в Европу, терроризму и международным преступным организациям. В этой связи Египет является одной из самых проблемных стран в силу демографического бума и проблем обеспечения минимальных потребностей своих граждан. В частности, в среднем годовой прирост населения составляет 1,2-1,3 млн. чел. Прогнозируется, что до 2029 г. население АРЕ достигнет 123 млн. чел., что Италию, как главного реципиента североафриканских мигрантов, отнюдь не радует.

Не зря, видимо, в ходе брюссельской встречи в феврале прошлого года министров иностранных дел ЕС, посвященной необходимости оказать экономическую помощь «молодым ближневосточным демократиям», итальянцы так активно лоббировали вопрос принятия целой программы финансовой помощи странам Северной Африки для «предотвращения нелегальной миграции, терроризма и исламской радикализации».

Кроме того, для Рима на данном этапе важен поиск альтернативных маршрутов транспортировки в свете недавних украинско-российских и белорусско-российских газовых споров через страны Восточного Средиземноморья и, в частности, Египет, энергоносителей с Аравийского полуострова и из Судана.

В связи с последствиями мирового кризиса, а также надвигающейся «ползучими» темпами его второй волны, актуальным является сбыт итальянской продукции в страны Северной Африки и Ближнего Востока, учитывая, что Италия является главным экономическим партнером Египта среди стран Евросоюза. Поэтому не случайно М. Мурси в Риме сопровождала внушительная делегация египетских бизнесменов.

Надо также отдать должное египетскому руководству, которое прекрасно понимает заинтересованность Италии в стабильном Египте. Собственно, тот факт, что Каиру удалось получить в ходе визита египетского лидера итальянские инвестиции в свою экономику в размере 800 млн. евро, яркое тому подтверждение.

Впрочем, в стабильном Египте заинтересована не только Италия, но и весь Евросоюз.

В одной упряжке

В Брюсселе на переговорах М. Мурси с высокими европейскими чинами последние не скупились на обещания оказать посильную финансовую помощь для улучшения состояния египетской экономики. Так, Ж. Баррозу пообещал в следующем году увеличить размер финансовой помощи Египту до 500 млн. евро. Кроме того, еще в текущем году Евросоюз намерен выделить 130 млн. евро для трудоустройства египетской молодежи.

Впрочем, в брюссельских еврокабинетах сидят в подавляющем своем большинстве реалисты, прекрасно понимающие, что все эти финансовые вливания принципиально не решат проблему массового наплыва ближневосточных мигрантов. Поэтому параллельно с раздачей денег Евросоюз пытается создать т.н. «санитарный пояс от Украины до Марокко» по всему периметру своей юго-восточной границы. И в этой связи именно Египет приобретает стратегическое значение для ЕС, чему способствует целый ряд факторов.

Это и географическое положение («завязанность» как на ближневосточной, так и на африканской проблематике), и амбиции играть роль регионального лидера (из-за наличия одной из самых сильных армий и наибольшей численности населения на Ближнем Востоке).

Поэтому в ближайшем будущем, судя по всему, египетский вектор стран Евросоюза, а вместе с ним и интенсивность европейских вояжей разных уровней в египетском направлении будут лишь усиливаться.

Впрочем, и египетское руководство также будет пытаться чаще наведываться в «нужные» европейские столицы с тем, чтобы лишний раз попугать угрозой массовой эмиграции граждан Египта в европейские страны и в итоге получить от напуганных европейцев очередную порцию финансовой помощи.

Виталий Николаевич Билан — кандидат исторических наук, эксперт по Ближнему Востоку, специально для Интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».