Вашингтон присвоил себе роль взимающего пошлины в самом важном — и самом опасном — морском коридоре мира, однако не может гарантировать, что хотя бы один танкер пересечёт этот пролив без угрозы для жизни.
Меньше месяца назад и американская сторона в лице администрации Д. Трампа и отдельно госсекретаря М. Рубио, и Международная морская организация (ИМО) квалифицировали введение Ираном обязательных платежей за проход через международные проливы как нарушение международного права. Соответственно, Вашингтон не может привлекать Тегеран к ответственности за правонарушение, которое теперь совершает сам.
План несет в себе неопределенность с арифметической точки зрения: неясно, будет ли 20%-ная ставка взиматься с военных расходов США или со стоимости груза. Тем не менее даже чётко определенный тариф, как отмечает автор, не решил бы проблемы, поскольку фактическим арбитром безопасности выступают страховщики, способные отказать в покрытии рисков, — именно британская страховая компания Lloyd’s of London, а не Центральное командование ВС США CENTCOM, определит фактическую ценность титула «Стража». В то же время прецедент эскортных операций США в Персидском заливе периода «танкерной войны» 1980-х гг. несопоставим с нынешним уровнем многосторонней конфронтации и не сопровождался введением обязательных сборов, поэтому использовать его в качестве аналогии для обоснований действий США тоже нецелесообразно.
В связи с этим автор задается вопросом, действительно ли Вашингтон сохраняет фактический контроль над судоходством в Ормузском проливе за счет продолжающихся с февраля этого года бомбардировок и попыток проложить альтернативный маршрут вдоль побережья Омана. И чем обусловлен курс Ирана на непоколебимое противостояние Вашингтону в деле установления и поддержания контроля над проливом.
Полная версия статьи на английском языке.
